— Ого- удивленно протянула я. — Макс значит у нас средствами не обделен? — задала вопрос Тарараму.

— О, Боги- простонал Тарарам- женщина, твой язык, тебя до добра не доведет!

— А куда доведет, стесняюсь спросить? — снова задала вопрос я, впрочем уже слегка запыханно, так как практически бежала, подстраиваясь под широкий шаг Тарарама.

— До ремня он тебя доведет- припечатал Тарарам, заканчивая такой интересный диалог, вполне такими ясными для меня перспективами.

Наш марш бросок завершился у борта огромнейшего судна, чьи кончики мачт, я стоя на пирсе, с трудом могла разглядеть.

Суетливо, словно муравьи, с пирса на корабль и обратно, бегали по трапам, груженные разными тюками и люди, и эльфы, и даже парочку орков я заметила на палубе корабля.

Взяв меня за ладошку, как маленькую девочку, Тарарам спокойно шел к трапу, возле которого Макс уже ударил по рукам с огромным зеленым орком.

Орк был одет, явно не по погоде, в шорты и широкую рубаху, на его голове красовалась красная бандана.

Но пофиг на шорты и бандану!

Мой взгляд, притягивали как магнит, здоровенные клыки, что симпатичненько и страшненько так, торчали из его нижней челюсти.

— Это Каасий- наш капитан- произнес Макс.

— Каасий- это Тарарам и Ада.

Посмотрев на меня с нескрываемым любопытством Каасий поинтересовался:

— Свободна?

— Моя- отрезал Макс.

— Жаааль- произнес на распев Каасий.

И махнул рукой предлагая нам подняться по трапу. При этом он с затуманенными глазами продолжал меня рассматривать все повторяя:

— Жаль, жаль.

Проходя мимо него Макс бросил коротко:

— Забудь. Пожалеешь — и демонстративно сделал легкий щелчок пальцами перед зеленой мордой орка.

Каасий внезапно поморщился, как от резкой боли и потерев голову зелеными лапищами с неприкрытым уважением в голосе ставшим сразу нормальным, сказал:

– Все-все. Так бы сразу и сказал.

Макс молча и сурово, с ног до головы, оглядел Каасия и молча пошел за нами с Тарарамом на судно.

Каморка, что нам отвели и вправду на комфортабельную каюту напоминала лишь очень отдаленно.

Два деревянных топчана, на них ворох одеял. Одеял странно конечно, но чистых и не вонючих! Этот момент я сразу-же и в первую очередь проверила.

В стене между топчанами, привычный мне по земным кораблям иллюминатор. Под ним маленький обшарпанный столик. Все.

Сев на один из топчанов и подперев кулачком подбородок, я деловито поинтересовалась у стоящих мужчин:

— И с кем я сплю?

Мужчины переглянулись и Тарарам, рухнув на свободный топчан, закрыл лицо руками и начал вначале тихонько, но после все громче и громче, так уже привычно… ржать.

— Маакс- протяжно, давясь смехом принялся подтрунивать над другом Тарарам- Ты чего так нашу девочку-то разочаровал.

Тяжело вздохнув, Макс сел рядом со мной и чуть согнувшись, оперев ладони рук о свои колени и глядя на веселящегося Тарарама произнес:

— Да, вот фиг его знает, как говорит Ада. Никто до нее не жаловался — и развел с деланным недоумением на лице, свои руки слегка в стороны.

Я возмущенно уставилась на Макса, а тот мельком взглянув на меня, продолжил глядя на ржущего Тарарама:

— Спать с Адой буду я.

И резко подняв меня над топчаном поставил возле него на ноги. Глядя на мое удивленное лицо, мужчина пояснил:

— Одеяла расстелить надо.

Тарарам хихикал, сидя на своем топчане. Изредка вытирая ладонью текущие от смеха слезы из глаз.

Этот серьезнейший и молчаливейший, и надо сказать храбрейший мужик действительно веселился словно малый ребенок.

Третий день наш корабль, бросало из стороны в сторону, как скорлупку по волнам не спокойного океана. Стойко преодолевая огромные волны, кораблик продолжал идти в нужном нам направлении.

Мои мужчины, развлекались тем, что беседы- беседовали с матросами и чем-то им там помогали.

Я же, скучая от вынужденного безделья, практически все время проводила в по требованию Макса в каюте. Макс очень не хотел лишнего внимания моей персоне от матросов. Лишь изредка я ходила проверять наших лошадок, которые, постоянно и флегматично жевали свое зерно и травку.

— Ну, что конек-горбунок, всё жуешь- сказала я в очередной раз зайдя в стойло, где стояли наши лошади.

Приветливо встретив меня ржанием, моя чудо-юдо лошадка потерлась своей головой о мое плечо.