По всей видимости существо, что сейчас угрожающе нагнуло голову и сделало пару шагов в мою сторону, готовилось напасть на меня.

Но тут, это чудовище, как будто бы резко изменив свои планы, замерло и резко развернувшись, низко пригибаясь к земле, побежало на задних лапах, помогая себе передними, по направлению к центральной площади. Оттуда раздавался сильный грохот и слышались стоны и вопли вперемешку с лязганьем оружия.

— Кто тут не умный? Я! — с этими мыслями я побежала следом за чудовищным существом.

Центральная площадь Топей, что еще сегодня представлялась мне местом, где был только лишь праздник и веселье. Сейчас она была вся залита алой кровью, что перемешивалась с зеленой слизью убитых мерзких существ.

И этих чудовищ были тут, не сотни, но тысячи. И я видела, что люди проигрывают это сражение.

Я видела, как у самого края площади, где я стояла, на куче мертвых тел существ, лежит неловко подвернув ногу мужчина, что вышел с Максом из таверны. И из его откушенной руки толчками утекает вместе с кровью, его жизнь.

Я видела, как под одну из разбитых телег, существо своими зелеными лапами тянет за маленькую худенькую ручку, девочку с двумя тоненькими косичками, одетую в платьице, что когда-то было белоснежным, но сейчас было покрыто бурыми пятнами. Я слышала, как из-под этой телеги раздался зловещий хруст раздробленных детских костей и видела, как торчащие из под телеги детские ножки в конвульсиях вздрогнули.

Я видела, как один за одним падают мертвыми, те немногочисленные мужчины, что еще пытаются сражаться.

И среди этого творящегося ужаса, я видела Макса, на которого одновременно и разом напало пять тварей и скрыли его под своими телами.

Холодное спокойствие окутало меня словно саваном.

Закрыв глаза, я обратила свой взор внутрь себя. Я почувствовала всю ту силу, что была скрыта во мне и вспыхнула словно факел. Сотни тоненьких иголок пронзили каждую клеточку моего тела. Сама того не желая, но я вошла в полную силу раньше срока.

Горя фиолетовыми языками пламени, я выпустила свою силу, что двумя огромными кругами, словно гигантскими волнами разошлись от меня, один за другим.

После первой волны, я больше не слышала, воя, что издавали радостно существа настигая свою очередную жертву.

После второй волны, я перестала слышать протяжные стоны боли раненых людей.

И как только воцарилась полная тишина, я открыла глаза. На большой площади не было больше НИ ОДНОГО существа. Даже трупов мерзких существ не было.

На камнях, которыми была вымощена площадь, то тут, то там, где-то еще лежали, а где-то уже вставали люди, эльфы и орки.

Их одежда была порвана и с бурыми следами крови, но на них я не видела ран.

Из-под телеги, где еще недавно раздавался чудовищный хруст детских костей, выползла маленькая девочка в своем белом с кровавыми потеками платье.

Вскочив на ноги, с криком: — Мама! — побежала к женщине, что стояла в разодранном платье прямо посреди площади и с удивлением разглядывала свои руки.

С тревогой повернув голову в ту сторону, где еще недавно я видела тяжело раненного мужчину из таверны, увидела, что мужчина, без каких-либо признаков ранений, стоит на ногах. И его обе руки на том месте, где они и должны быть.

Переведя взгляд, на то место, где я последний раз видела Макса, с облегчением поняла, что мужчина так же жив и здоров. И уже заметив меня, идет в мою сторону. И даже из далека, я не видела в его глазах, для меня ничего хорошего.

— Как всегда не послушалась… — говорили мне с укором его глаза.

Глубоко вздохнув, я подняла лицо к небу и увидела, как в его синеве медленно проявилась и все увеличивается и увеличивается темная точка.

— Кеша! — с облегчением узнала я в черной точке дракона. Медленно осев на землю, я потеряла сознание.

Сильные руки, нежно держали меня, бережно прижимая к мускулистому теплому телу.

Я чувствовала легкое дыхание на своих волосах и нежный, словно крылья бабочки поцелуй, которым мужчина, что держал меня на своих коленях, прикоснулся к моему виску.

Не открывая глаз, я потерлась щекой о плотную ткань куртки на груди мужчины. Я знала кто он, и все так же, не открывая глаз спросила:

– Сердишься?

— Кара ты моя божья, Лисса. Поседею я скоро с тобой- ответил с улыбкой в голосе Александр де Лафайте.