Игв метнулся к актеру и взорвался целой серией молниеносных атак.

Брызнул очередной фонтан крови.

— А-а-а… боже… — простонал я, всеми силами стараясь не закричать. Одна из капелек «Термита» все-таки попала мне на запястье.

— Вайоми, заткнись! — прошептал Гундахар — И будь мужиком, твою мать.

По счастливой случайности лидер мусорщиков был слишком занят на сцене, чтобы заметить ниточку пламени на моих кандалах.

— Стараюсь…

Пауза.

— Кстати, а помните того парня? Господина Эо? — свет прожектора вновь подсветил несчастного актера — Кажется, он готовит какую-то пакость. Нет. Не позволю. Я собью его с толку обманным маневром, а затем начисто отстрелю обе ноги.

Бум! Бум!

Пауза.

— Глядите! Он старается отползти и покинуть сцену. Но разве театральный звонок прозвенел? Уверен, его еще не было. Поэтому вернись на место, гадкий проказник. Урок не окончен.

Игв подошел к ползущему «Эо» и трижды прокрутил его голову вокруг своей оси.

Одновременно с хрустом, я наконец-таки освободился от кандалов.

Пауза.

— Вы слышите? Что это там, в соседней комнате? Кажется, это сладкий звук ингаляторов и вытаскиваемых из флакончиков пробок. Хм, надо думать, что там притаились либо два самых бесстыжих торчка из тех, что я видел, либо кто-то залечивает раны. Что ж, проверим.

Игв резко шагнул в сторону, затем ловко перекатился, заглянул за угол декорации и исторг из обеих рук потоки пламени.

Внутри «комнаты» послышались чудовищные вопли.

Пауза.

— О да! На этот раз всё прошло как по маслу. Впрочем, не совсем как по маслу. Эти две жареные сосиски намертво пристали к сковороде. Думаю, моим уборщикам потребуется приложить немало усилий, чтобы полностью отодрать их от пола. О-оу! По моей спине только что пробежали мурашки. Я чувствую опасность. Кто-то подкрался ко мне сзади.

Пум-пум-пурум… пум-пум-пурум…

Заиграла барабанная дробь.

На центр сцены шагнул «Гундахар».

— Наконец-то! Вот и он. Король нашей шахматной партии. Кумир моего детства. Эх, жаль. Как жаль, мои дорогие друзья, что реальность всегда отличается от вымысла. И легенда в воображении на деле всегда оказывается жалкой пустышкой.

Внезапно игв рухнул на сцену и разрыдался. Стало понятно, что спектакль пошел не по сценарию. Фонограмма по-прежнему комментировала бой, однако Сакуал Хан капризно сучил ногами и истерил, словно ребенок.

— А-а-а! Как же я хочу их убить!!! Ну почему? Почему мне нельзя это сделать?! Проклятый Небесный Доминион! Это мои игрушки! Мои! И Гундахар тоже мой! А-а-а!

— Еще одно слово, и моей игрушкой станешь ты — послышался властный голос, от звука которого весь зрительный зал мгновенно погрузился в тишину.

Из-за кулис показалась фигура величественного эльфа.

Это был Эрдамон Белар, собственной персоной. А за ним — его прихрамывающий сын Фройлин, вместе с остальными хорошо знакомыми лицами.

— Твоей задачей было дождаться нашего появления, а не устраивать безумный спектакль. Старый ты спятивший пёс.

Эрдамон вытащил из кармана божественный слиток и брезгливо швырнул его под ноги игва. Затем шагнул к краю сцены и окинул нас изучающим взглядом.

— Вайоми, пора — прошептал генерал.

— Что скажете, господа, вам понравилось шоу? — спросил эльф — Уверяю, в ближайшее время вас ожидает нечто подобное. Правда, куда более изощренное.

<Извлечь> — <Подтвердить>

Мы резко наклонились вправо и влево, в то время как строго по-центру вагончика материализовалась позаимствованная у «Адмирала» бомбарда. Что примечательно, её монструозное дуло было направлено чётко в грудь отца нашего любимого Фройлина.

— Нет, не понравилось. И нечего тут выёживаться, тупица — прогудел Гундахар и дернул за рычаг.

БУУМММ!!!

Прежде чем сильнейшая отдача откатила нас обратно за ширму, я увидел, как фигуру Белара старшего разорвало на части, и где-то вдалеке образовался просвет. Видимо снаряд прошил танкер насквозь.