– Ремонтный дрон приступил к сканированию систем двадцать шестого. Продолжаю тестирование систем внутренней защиты. Тестирование третьей линии защиты. Неполадок не выявлено. Тестирование систем внутренней системы завершено.

Но, в принципе, это и позволило Юджину добиться столь многого. Добился ли бы подобного Ю-Джи? Вряд ли. Работа администратора научной базы была для него лишь способом обретения модальной сборки и возвращения к работе в Центре коррекции. Он с трудом дождался прохода последней контрольной точки девятнадцатого цикла исследований. И пару дней пребывал в шоке, когда они увидели последствия Катастрофы, изменивший знакомый им Шенар раз и навсегда. А потом бросил все свои силы на поиск способа навсегда сбежать с Селены на Шенар. Помогать восстанавливать разрушенное. Можно подумать, без него бы там не справились. С другой стороны, если бы он не ушёл тогда, появился ли бы на свет Юджин Тень? Вряд ли.

– Начинаю формирование отчётов систем научных исследований, – продолжал проговаривать Юрий, подсознательно ожидая команды "Отмена" от стоящего в командном центре Юджина.

Но команды не последовало. И Юрий продолжил следовать древнему протоколу. Интересно, понадобятся ли они Юджину или нет? Ну, если отменит свой последний приказ в течение первой декады после входа в зону устойчивой связи с Шенаром – то однозначно понадобятся. В отличие от Ю-Джи, который даже не запрашивал отчёты о проведенной за прошедшие годы исследовательской работы, Юджин не просто заинтересовался ей, он начал ставить ему, Юрию, новые цели для исследований сразу, как появился на Селене. И та работа, которая была проведена ими за прошедшие тысячелетия – поражала.

– Отчёт по проекту "Терра инкогнита" сформирован. Начата запись на физический носитель. Приступаю к формированию отчёта по проекту "Джамп".

Две тысячи триста двенадцатый цикл исследований Первой научной базы Селены подходил к концу. А вот начнётся ли следующий пятилетний цикл этой базы или он станет последним – зависело лишь от текущего администратора базы, Юджина Тени, находящегося сейчас на Шенаре. Точнее от того, отменит ли он свой последний приказ, отданный до использования криокапсулы и пересылки своего ИДИ на Шенар. Осталось совсем немного. Девять декад – не так уж и много для того, кто просуществовал более одиннадцати тысяч лет.

– Нинг-сан, прошу вас, задержитесь, – скороговоркой сказала Катрин, видя, как исчезает из личного кабинета Ал. – Я бы хотела поговорить с вами.

– Конечно, Катрин, – сказала Нинг. – Но мне кажется, что о переходе от персонального помощника к вирту нужно говорить не со мной, а с тем же Хайдом. Он уже три года живёт в качестве вирта в Рокшенаре и явно лучше меня разбирается в плюсах и минусах смены категории. Позвать его?

– Нет, Нинг-сан, я хотела не об этом поговорить, – смущённо сказала красавица в деловом костюме. – Я хотела узнать о том времени, которое… исчезло из логов господина Ала. Понимаю, что это связано с разрушением моего первого кристалла. То есть… Не моего первого, это неправильная формулировка. Того, копией которого я являюсь.

Нинг лишь тяжело вздохнула. Рано или поздно Катрин должна была задать этот вопрос. Вот только Нинг не имела права разглашать детали произошедшего тогда. Особенно Катрин.

– Решение об удалении всех логов Ал-сан принимал лично, Катрин. И для этого у него была причина. Если хочешь, можешь спросить об этом у него.

– Спрашивала я, – махнула руками Катрин и принялась ходить кругами вокруг Нинг. – Отшучивается. Нинг-сан, у него кошмары были. А ещё он бредил после ранения. И… он кричал так… и умолял… обращался ко мне как… Но не могла же я… это же… Неужели такое могла сотворить с ним я?!

Так… а ну что там в логах за эти полгода… ох ты! Отравление, универсальный антидот не справился, анализ яда, галлюциноген, ясно. Синтез противоядия успешен, но пару часов Ал провёл в плену галлюцинаций. На фоне общей потери крови и быстрой регенерации повреждённых тканей, конечно. И спустя месяц – опять повреждения, обширные и критические. Да ещё и вдали от базы. Препараты в аптечке закончились, синтезировать на месте не вышло. Пока добрался – началось заражение крови и воспаление повреждённых участков. Бредил, естественно. А вот потом были и кошмары. О которых сам Ал не помнит, судя по всему.

– У, как плохо, – появилась рядом с Катрин мелкая рыжая девчушка, которую вызвала Нинг. – Кошмары… Надо будет отправить Ала в Старый Шенар, Нинг. Кристалл ему должна помочь с обострением. У нас же получится?

– Его и так Лид собирался туда отправлять на тренировки, Фокси, – с вежливой улыбкой сказала Нинг. – Вся группа же там. Оттуда и старт будет.

– Точно! Совсем об этом забыла, – взъерошив волосы на голове, ответила Хранитель архива виртов. – А ты, Катрин, никак угрызениями совести мучаешься?

Катрин ошарашено смотрела на двоих виртов и не могла ничего ответить главному специалисту по коррекции личности этого мира. Значит, самые худшие её предположения верны, да? Она довела господина Ала до седины и издевалась над ним. Это действительно была она. Та, первая, которая погибла. И, возможно, именно господин Ал и уничтожил её кристалл. Но как?! Как она могла?!

– Абсолютно напрасно, кстати, – спокойно заверила её Фокси. – Это была не ты. Во всех смыслах этого слова. Тот кристалл подвергся насильственной коррекции Великим магистром ордена Табула раса, монстром, прожившим тысячелетия. Естественно, что та Катрин и Ал не могли ему ничего противопоставить в прямом столкновении. Опыта было меньше. Да и если уж быть честной, даже хакнутая Катрин делала всё, чтобы спасти Ала. Да, ей приходилось творить ужасные вещи с ним, но выбора у той Катрин не было. Её заставили. И Ал это понимает. Кстати, уничтожил кристалл Катрин именно Тень, а не Ал. После чего тот монстр тоже был уничтожен, самим Алом. Вот и всё, в принципе. Надеюсь, теперь тебе станет легче.