Поздравляем! Вы убили зараженный таракан. Уровень 17.

— Да-а-а-а-а! С-с-с-уки! Да! А-а-а-а-а!

Кто-то осторожно похлопал меня по плечу.

Я вскочил на ноги, водя вокруг невидящим взглядом.

— Спокойно, Пахан, спокойно, они не нападают!

— Что!? — Я стер с лица тараканьи внутренности, непонимающе уставившись на Майора.

— Они не нападают, — повторил он, — гляди, им и нападать-то нечем. Они по нам просто пробежали и вон… сам гляди.

Я обернулся. Стадо тараканов, не обращая внимания на нас забралось на вагончики, заставленные ящиками со Споровиками. Выползающие из огненной стены их подкопчённые собратья, ползли туда же, не обращая на нас никакого внимания.

— Они веганы, за грибами сюда приползли, — огненная стена мигнула и потухла, погружая пещеру в полумрак.

Я протащил за собой Зёму с пяток метров, развернул его голову со встроенным кристаллом в сторону вагончиков, и приказал:

— Стой так!

Луч света выхватил груду ящиков и копошащихся на них тараканов. Те сильно замедлились, и ползали будто сонные. Некоторые из них присосались к Споровикам, другие, уже насытившиеся, взваливали себе по одному грибу на спину. Отростки тут же сгибались, плотно обхватывая тараканьи тела, и те, не торопясь, начали спускаться на землю, обтекая меня и устремляясь к выходу.

— Пофиг, стену! Калян, Добрыня, щиты сомкнуть, никого не выпускать!

Все согласно махнули головами, опыт за их убийство идет хороший, а в нашей ситуации упускать его никак нельзя. Правда стену Пофиг включать не стал, врубив огнемет, все-равно тараканам отсюда не вырваться, единственный выход перекрыла туша Добрыни, спрятавшегося за щитом. Тараканы нерешительно встали перед неожиданной преградой и в них тут же ударила первая стрела, пришпиливая неудачливого усача к полу, короткий рывок и Олдриг вбивает пару кинжалов в спину другому, а все это сверху полируется потоком пламени.

Поздравляем! Вы убили таракан-несун. Уровень 22.

Поздравляем! Получен новый уровень 14.

Вы полностью вылечены.

Я кинул десяток очей в Интеллект и призвал кислотного гобота.

И в этот момент тараканы проснулись. Пещера наполнилась гудением, тараканьи надкрылья раскрылись, из-под них показались прозрачные крылышки, с отчетливыми пощелкиваниями хитиновые тела удлинились, концы тел заострились, изгибаясь наверх в виде скорпионьего жала.

— Вот, блин!

Пространство содрогнулось от десятков одновременных щелчков и в нашу сторону полетел рой небольших сероватых шариков. Все сообразили принять их на щиты, но при соприкосновении с поверхностью щитов шарики взорвались, наполняя пещеру взвесью мельчайшей пыли.

Щит крови сработал. Воздействие не прошло.

Я даже не успел удивиться промелькнувшему сообщению, как на меня налетел таракан, пытаясь проткнуть жалом. Зря он при этом на крыло встал, в тесном помещении они больше помеха, чем помощь. Меч отсек кончик крыла, и таракан, закрутившись будто подбитый самолет, врезался в стену. Хм, а крылья у них совсем нежные.

— Пофиг, ты чего застыл, давай стену!

— Сейчас, — каким-то заторможенным голосом произнес он.

— Нет! — завопил Майор, но было поздно.

Перед армадой летящих на нас тараканов встала огненная стена, и тут же полыхнула вся пещера, волна огня сложилась с ударной, опаляя и расшвыривая нас в разные стороны.

Пещеру заполнили дым, надсадный кашель, приглушенные, сиплые ругательства людей и тараканов… кислорода же в ней значительно поубавилось, поэтому голос Майора звучал как у Дарта Вейдера из древнего сериала.

— Дети, вашу мать, — просипел он, — вы на физику-химию в школе ходили? Как можно огонь зажигать в помещении, на столько наполненном непонятной пыльцой? Даже в нашем мире обычная мука взорваться может, если достаточное количество ее распылить в воздухе, а не то, что в этой чертовой игре, где все идет наперекосяк!

— Так себе речь, — пробурчал с кряхтением поднимающийся с пола Пофиг, — длинная и бесполезная.

— Ага, — согласился с ним я, вот если б он сейчас просипел: "Пахан, я твой отец!" Вот тогда мне действительно впечатлился бы. И не стал бы больше муку взрывать.

— Готовьтесь балаболы: тараканы тоже, похоже, очнулись и хотят показать нам, кто здесь настоящие отцы.

МарьИвановна была права: взрывом нас раскидало в разные углы ринга, но теперь противник вновь спешил сократить дистанцию. Странно покачиваясь, первый из них бежал прямо на нас: его надкрылья вновь сложились, из-под них выглядывали обгоревшие остатки крыльев, скорпионье жало было грозно поднято в воздух. Под конец он разогнался до умопомрачительной скорости, и стоило мне уйти с его пути, как он пролетел мимо меня, со всего разгона влепившись в стену, перевернулся, задергал ножками и зашипел, когда копье пробило ему слабо бронированное брюшко.