— Спасибо, Убо, — похлопал один из них по плечу здоровяка.

— Убо помогать, — расплылся в улыбке тот.

А затем обернулся к нам и уставился прямо на меня. Взгляд. Вот что было не так. Человек во сне смотрел так, будто видел в жизни вообще все и уже давно разучился удивляться. И потому мои метания и непонимание казались ему чем-то нелепым и забавным.

Убо же смотрел с каким-то искренним интересом и радостью. Как ребенок. Одинаковые лица, но такие разные глаза, что у меня никак не получалось поверить, что этот простак и есть загадочное существо в рваном плаще из моего сна.

— Бог, — представился Убо, подойдя ближе.

Он не протянул руку, а просто погладил себя по груди. Как делают некоторые дети, называя свое имя и тыкая в себя же пальцем. Мол, это я, не перепутай.

— Кхм, Лаэр, — кивнул я от неожиданности.

— Радость, — Убо или Бог, вытащил из кармана штанов какой-то предмет и протянул мне.

— Это он так знакомится, — шепнул Одноглазый.

Я взял в руки маленький предмет. Это оказалась деревянная свистелка, в виде какой-то птички. Между прочим очень искусная работа.

— Бог сотворил, — погладил себя по груди незнакомец, не переставая улыбаться. — Радость.

И он пальцем показал сначала на свистелку, а затем сделал жест, будто дует. Я послушно поднес птичку ко рту и дунул. Раздалась приятная свистящая мелодия, а Убо радостно захлопал в ладоши и засмеялся.

Словно маленький великан, вышедший из музея эталонных людей. В жизни не видел ничего более странного.

Я достал из мешочка шарик Камнецвета и протянул Убо. Надо же чем-то отплатить за радость.

— Сладость, — прокомментировал я, отчего у Одноглазого дернулся глаз.

Убо взял шарик и принялся нюхать. Затем лизнул, как ребенок и расплылся в широкой улыбке.

— Сла-а-адость, — протянул он и принялся облизывать шарик, будто мороженное.

— Убо, — раздался голос мужчины с инструментами. — Неси второе бревно, ну не стой ты столбом.

— Убо помогать, — важно кивнул он и пошел.

— Это кто? — спросил я Одноглазого.

— А, — отмахнулся он. — Местный дурачок. Его дети как-то нашли, наверно из Митяйских, ум потерял после пожара. Вот и прибился к нам.

— А почему он себя богом считает?

— Да не, — усмехнулся вожак. — Дети его убогим дразнили поначалу. Не со зла. А он и не понял, решил, что его зовут так. И теперь то Убо, то Бог.

— И давно он у вас тут живет?

— Да года два уж. Он так-то добрый, мухи не обидит. Глупый, но зато сильный. По деревне помогает всем, камни таскает, да бревна. Один раз медведя завалили наши, так он его на плечах донес. И откуда силы-то? Ну а бабы наши его кормят, да избу топят. Сам он не умеет, пытались научить, так он чуть всю деревню не спалил.

— А он ничего странного не делает? Ну помимо того, что он… Такой вот.

— Например?

— Ну там умные речи не задвигает? Или на собак с мечом не бросается?

— Убо-то? — рассмеялся мой собеседник. — Скажешь тоже. Да он больше чем по три слова за раз выговорить не может. Какие речи. Собак тоже любит. Один раз только пацаненка чуть не пришиб. В снежки они зимой игрались, ну Убо и кинул снежок. Дыру в амбаре пробил. С тех пор с ним только в прятки играют.

— Ясно, — протянул я.

Ничего не ясно. Может я его вчера где-то заметил, да во время спаррингов не обратил внимания? Потому и приснился он мне сегодня. Нет, не сходится. Был же сон, когда я только проснулся в этом мире.

Я хорошо запомнил тот разговор с чудаком в рваном плаще, потому что это был мой первый сон за много лет. И я абсолютно уверен, что если не считать татуировок, незнакомец и есть Убо. Да что же это творится?

Брат близнец? Клон? Магическая финтифлюшка? Галлюцинации? Банальное сумасшествие? Так много вариантов, даже не знаю из чего выбрать. Остановлюсь в районе психического расстройства на фоне резкой смены декораций.

Собрав вещи, я попрощался с самой злобной и брутальной бандой браконьеров, какую только встречал. Даже не вспомню, когда в последний раз я получал столько обнимашек. Убо нигде не было видно, а искать его я не стал.

Зачем? Вряд ли он откроет мне тайны вселенной. Да и меня не покидало чувство, что нам с ним еще суждено встретиться. Если я вообще доживу до этого момента.

Двинув в указанном направлении, по пути остановился, чтобы изгваздать плащ в земле, сделав его не таким примечательным. Какая-никакая а маскировка. К тому же сейчас я сам себя не узнаю, чего уж говорить о других людях.