Древний собирался сказать что-то еще, но не успел — в пленников вонзились две стрелы или нечто, очень на них похожее. Первый выгнулся, страшно закричал, и обмяк. Второй последовал его примеру спустя секунду.

— Мертвы, — сообщила подлетевшая со скоростью галопирующей лошади Орелия. — Могу попытаться…

— Даже не вздумай тратить силу на эту падаль! — рыкнул на нее Ридгар.

Глаза Кающегося лихорадочно метались от крыши к крыше, он безуспешно пытался понять, откуда был сделан выстрел. Лариэс делал то же самое.

«Если бы он хотел нас убить», — промелькнула не самая приятная мысль, которую, однако, не удалось загнать в дальний угол памяти. — «Мы были бы мертвы».

— Не вижу ничего, — сухо сообщил Древний. — Щит, что насчет тебя?

— Нет. Наверное, это был тот сковывающий, что преследовал меня и швырнул свое заклинание в толпу.

— Скорее всего, и замечу, что этот тип хорошо прячется, — Ридгар замер на миг, точно прислушиваясь к чему-то, а его лицо исказила мука. — Ага, стало быть, туда. Ладно, попробую пройтись по следу.

С этими словами он шагнул под тень, отбрасываемую чудом сохранившемся лотком, и растворился в ней.

— Как ребенок, — проговорила Орелия, и ее капюшон колыхнулся.

Из этого Лариэс заключил, что она неодобрительно покачала головой.

— Прошу меня простить, о Ступившая на Путь Вечности?

— Неважно, — отозвалась Целительница, переводя взгляд на убитых пленников. — Можно было бы попытаться их вернуть, но Ридгар прав, у меня осталось слишком мало сил, лучше сберечь их для грядущего похода.

Она поднялась и вновь направилась к раненым.

— Юноша, полагаю, тебе не терпится отправиться во дворец, советую сделать это до того, как сюда прибудет стража. Сервус не посмотрит ни на титул, ни на чин.

— Это точно, — с усмешкой отозвался юноша. — И как его до сих пор не выгнали с позором за неуважение?

— У него хватает ума не попадаться на глаза твоей королеве, и дружить с канцлером, — охотно пояснила Орелия. — А еще он незаменим. Без этого человека городская стража перестанет работать. Но о достоинствах капитана Сервуса мы побеседуем в другой раз, а теперь — беги.

И Лариэс последовал ее мудрому совету.

— Ваше высочество, мы должны отменить поход! Риск слишком велик!

Лариэс вот уже десять минут как распинался перед принцем и добился только легкой понимающей улыбки, да кивка, рассыпавшего влажные золотистые кудри во все стороны. Великолепный и изящный, только что вышедший из купален Таривас Вентис, обнаженный по пояс, являл собой полную противоположность запыленному и окровавленному телохранителю, который прибежал во дворец прямо с места побоища и не успел ни сменить одежду, ни даже умыть лицо.

Принц, встретивший его в своих личных апартаментах, не выказал ни малейшего удивления или страха, напротив, он был бодр, весел и уверен в собственных силах. Таривас возлегал на кушетке и подкреплялся виноградом, точно патриций древнего Аэтернума, внимательно слушая телохранителя.

— Милый мой Лариэс, — тепло улыбнулся слуге ветророжденный. — Мы не можем ничего отменить. Поход состоится в любом случае, так что просто успокойся.

— Но как я могу успокоиться, когда вам грозит смертельная опасность? Они осмелились напасть на меня посреди бела дня! Хотели похитить личного телохранителя наследника престола! Использовали магию сковывающих на оживленной улице, из-за чего десятки горожан погибли. Я не знаю, кто наши враги, но устроить подобное в центре столицы… Повремените неделю или две, пусть Тени Мислии перероют город вверх дном, я уверен, мы поймем, кто стоит за всем этим.

Он, тяжело дыша, закончил говорить, и принц легко и непринужденно поднялся, затем — подошел к Лариэсу и положил руки ему на плечи.

— Я понимаю твое беспокойство. Нападение на моего Щита за несколько часов до выхода отряда просто не может быть совпадением. Но заклинаю тебя Христом: не бойся.

— Как я… — начал Лариэс, но принц перебил его.

Он коснулся пальцем губ своего преданного телохранителя.

— Лариэс, ты — единственный человек, которому я могу всецело доверять. Неужели я не заслуживаю того же?

Его небесно-голубые глаза буквально впились в золотистые глаза виконта.

— Конечно же, я верю вам, — произнес Лариэс, чувствуя неловкость и пытаясь отстраниться.

— А раз веришь, не проси сделать того, чего сделать невозможно.

Принц отодвинулся и направился к балкону, давая знак следовать за собой.

Они вышли наружу, и свежий ветер, наполненный ароматами моря, персиков и роз, взъерошил волосы телохранителя.

— Что ты видишь? — поинтересовался Таривас, прислонившись к резной мраморной ограде балкона. — Что видишь, посмотрев по сторонам.