На лестничной площадке второго этажа Отто столкнулся с благообразной старушкой в шляпке, с хозяйственной сумкой в одной руке и зонтиком в другой. Старушка улыбнулась и приветливо кивнула, но внезапно переменилась в лице и поспешно отступила назад.

– Извините, – машинально сказал Отто, не понимая, чем мог напугать почтенную даму.

– Вы не можете так выйти, молодой человек.

Старушка смотрела на него с явным осуждением.

– Прошу прощения?..

– Вы не можете выйти на улицу в таком виде.

– А что со мной не так?

Отто быстро осмотрел себя, но не нашел изъянов. Ширинка застегнута, ботинки вычищены, куртка и джинсы в порядке. Внезапно его осенило.

– Я без нашивки, да?

– Не понимаю, как можно быть таким беспечным! Неужели вы собрались разгуливать в таком виде по городу? Кто вы такой? Приходили к кому-то из жильцов? К кому конкретно? Я с ними поговорю. Пусть они сделают вам внушение. Вы подвергаете риску не только себя, но и их!

– Я ваш новый сосед с третьего этажа. Вселился пару часов назад. Старушка возмущенно фыркнула:

– А разве там, где вы жили прежде, нашивок не носят? Предупреждаю: еще раз увижу без нашивки – сообщу куда следует.

Отто поспешно ретировался, понимая, что оправдываться бесполезно. Выйдя из дома, он пересек двор и уселся на парковой скамейке, наблюдая за подъездом. Но соседка так и не появилась – видимо, передумала идти в магазин. Или переволновалась и, почувствовав недомогание, вернулась домой.

До этого инцидента Отто не приходилось обижать старушек. При других обстоятельствах ситуация позабавила бы его, но не теперь. Несмотря на выданную в больнице справку, разгуливать без нашивки, по всей видимости, было действительно опасно. Агнес не преувеличила, когда сказала о тотальной слежке. Отто не удивился бы и группам молодчиков, избивающих нарушителей палками на манер полиции нравов в консервативных арабских странах.

Впрочем, в данную минуту следить за ним было некому: двор по-прежнему выглядел безлюдным, в окнах нижних этажей не наблюдалось никакого движения.

Отто просидел на скамейке все оставшееся до начала приема время, основательно продрогнув в легкой не по сезону куртке. Когда стрелка наручных часов достигла нужной отметки, он поднялся, размял затекшие ноги и зашагал к проспекту, на противоположной стороне которого его ждала очередная встреча с неизведанным.

Приемная Наставника седьмого муниципального округа располагалась на первом этаже Делового центра, верхние этажи которого занимали офисы, арендуемые мелкими торговыми фирмами, юристами средней руки и прочими невразумительными конторами.

Предбанником служила комнатушка без окон, заставленная дешевыми пластиковыми стульями и буклетницами с агитационными брошюрами. На стене висел огромный плакат с призывом «Соблюдай Правила!». На плакате была изображена «счастливая» семья: мать, отец и двое детей вымученно улыбались на фоне двенадцати созвездий, разбросанных по ночному небу.

Пахло немытыми полами и дешевым кофе.

На двери единственного кабинета висела табличка с фамилией и именем.

«Не может быть», – подумал Отто и толкнул дверь. За столом сидел Бруно Куц. Он раздобрел и обрюзг, но был вполне узнаваем. Его хитрые глазки взметнулись на Отто и тут же забегали по сторонам, словно пойманные врасплох малолетние воришки.

– Бруно! – воскликнул изумленный Отто. – Ты что здесь делаешь, шельмец? Бледное лицо Бруно пошло красными пятнами. Он негодующе пискнул:

– Я попросил бы! Вы что себе позволяете?

– Что, друзей не признаешь? Да я это, я! Отто Рейва собственной персоной. Небось думал, я давно на кладбище? – Отто уселся на стул для посетителей, пытаясь за балагурством скрыть свою растерянность. – Каким ветром тебя сюда занесло?

Бруно вскочил и визгливо крикнул:

– Я не потерплю оскорблений!

– Ладно, не кипятись. Можно подумать, мы раньше по-другому общались. Слушай, я страшно рад тебя видеть. Хотя и удивлен.

– Кто вы такой? – высокомерно спросил Бруно.

Его короткие пухлые пальцы нервно барабанили по столу. Из-под рукавов затрапезного пиджака выглядывали сероватые манжеты некогда белой рубашки.

– Отто Рейва, твой бывший коллега по Литинституту. Да что с тобой, Бруно, в самом деле? Ваньку валяешь или память отшибло?

– Попрошу не тыкать, господин Рейва! Если желаете продолжать беседу, возьмите другой тон.

– Ладно, из уважения к твоей новой должности согласен перейти на «вы».

– Вы зачем явились? Я вас не вызывал.