Шрифт:
Не считая бесчисленных дочек…
С. Довлатов.
Ефимов — Довлатову
5 февраля 1980 года
Дорогой Сережа!
Эссе про Карла — милое и занятное. Сомнение вызывают три момента:
а) «вялый тюфяк» — все-таки обидно; может быть — «не умеющий пить», «не оценивший портвейна «Три семерки»?
б) случайно ли взята фамилия Ерофеев? Дело в том, что именно с этим автором у семьи были всякие осложнения эмоционального порядка. Могут принять за язвительный намек.
в) Американец, предпочитающий русскую литературу — своей, — это во-первых, неверно, а во-вторых, вообще неизвестно, что Карл предпочитает в литературе. В русскую же он был соблазнен Набоковым — может, это и использовать для характеристики?
Прилагаю также список моих знакомых, которым можно послать газету. (Естественно не включил тех, кто должен быть в Вашей записной книжке.) Собираетесь ли вы рассылать в библиотеки университетов? По-моему, это необходимо сделать. «Новое русское слово» я видел в нашей библиотеке.
«Как одна плоть» — это то самое, откуда был вырезан рассказ «По дороге с работы» (про детство с двумя тетками и пр.)
У нас все хорошо, если не считать беспокойства за оставленных друзей (матери послал четвертый вызов — все тщетно), поклон Вашим, с дружеским приветом,
Игорь
Довлатов — Ефимову
10 февраля 1980 года
Дорогой Игорь!
Пишу в некотором беспамятстве. Газета вышла. Продается в неожиданном темпе. В пятницу утром — 4 500. Мы заказали еще две тысячи. И сразу же продали. Обстановка прямо сенсационная. Из всех русских мест звонят:
«Привезите хоть сто экземпляров. А то разнесут магазин». Я не выдумываю.
В «НРС» ужасная паника. Звонят и туда беспрерывно:
«Где купить новую газету?» И т. д.
Все это немного странно. Технических проколов в газете очень много. Есть позорные. И тем не менее. Может быть, фон очень выигрышный для нас…
Мы тоже в панике. Развозка, доставка — все это не продумано. Таскал на себе.
Делался номер в жуткой спешке. Мы с Рубиным 40 часов провели в наборном цехе. Женя по своему обыкновению лишился чувств под утро.
Мы теперь, не смейтесь, герои и звезды русской колонии Нью-Йорка. Люди бег конца останавливают на улице. Завтра идем на «Голос Америки».
Спасибо за адреса.
Сестра Максимова звонила, подписалась.
Блок «Ардиса» в 4-м номере.
Мы выписали себе зарплату. Пока — 125 долл. в неделю.
Игорь! Ужасно, что не доходят вызовы. Шарымова говорит, что у нее есть каналы. Напишите ей сами. Для удовлетворения ее снобизма. Тогда она постарается.
Напишите Перельману. Он нескольким людям помог. (Хоть они говно.)
Вот один адрес: Mr. M.Zaichic, […], Jerusalem, ISRAEL.
Это некий Марк Зайчик. Зав. отделом на изр. радио. Вы его не помните. Он Вас знает и чтит. Он может помочь. Напишите ему сами: «Довлатов советует обратиться к Вам… «И так далее. Напишите ему что-то уважительное:
«Сергей когда-то показывал мне вашу прозу». И т. д. Простите за цинизм. Могу и я написать. Но Ваше письмо будет эффективнее.
Все три поправки в «Карла» внес. Мы готовим вам деловое письмо. Будем, если согласитесь, делать магазин «Ардиса» на Юнион-сквер, 1. Это хорошее место. Здесь выступал Троцкий.
Газету рассылаю друзьям. Но медленно. Это тоже не продумано — увы! Она довольно серая. Успех ее — загадка. Может, дело в тоне… Или в постыдном уровне «НРС».
Седых и Вайнберг действуют подло и грязно. Т. е. действует Валера. При элегантном невмешательстве Седыха. Мы очень сопротивляемся. В критическом случае наш менеджер Джо Рандаза, итальянец, обещал застрелить Вайнберга. Угроза эта реальна.
На курсы продолжаю ходить. Там успокаиваются нервы. Мать здорова.
Катя изучает в школе предмет — «Сексуальная жизнь». Недавно принесла рисунок цветными фломастерами. Изображен хрен, с подробностями внутри, даже мне неведомыми.
В библиотеки газету рассылать собираемся. Со второго номера. Т. е. два номера сразу.
Обнимаю вас. Приезжайте. Извините за стилистику спертого дыхания.
Ваш непьющий приятель
С.Д.
P.S. Приезжал Успенский. Выглядит хорошо. Говорит, завел себе американку.
Приехал Бобышев с малознакомой (ему) женой. Очень недобрый.
Как бы Вас повидать? С.
Довлатов — Ефимову
Февраль 1980 года
Дорогой Игорь!