— Водачче должен либо достаться Виисте, либо остаться салентинским, — подвёл итог Роджер IV.

— Ваше величество, видимо, из-за того, что сейчас царит кромешная ночь, вы не заметили ещё один весьма перспективный вариант развития событий, — во второй раз поклонился королю Квайр, вложив в этот поклон ещё больше подобострастия, хотя Береку казалось, что это просто невозможно.

— Изложи же свой без сомнения дерзкий план, многохитрый капитан, — благосклонно кивнул ему Роджер IV.

Квайр расплылся в довольной улыбке, будто кот, перед которым поставили целую миску отменной сметаны, какую обычно он с риском для жизни пытается воровать на кухне. Берек понял, что следующие слова Квайра ему совсем не понравятся.

Антрагэ был готов к визиту сюзерена и отлично понимал: ничего хорошего от этого ждать не стоит. Дуэль явно не входила в планы герцога Фиарийского, и теперь простой высылкой в Водачче, как после Турнельского парка, Антрагэ уже не отделается. Он задел самолюбие короля, и пускай был прав перед Господом и людьми, но от королевской мести его это уже вряд ли спасёт. И сюзерен не убережёт. Официально никаких претензий у короны к Антрагэ нет, но он же может встретить наёмного бретёра, а то и целую компанию наёмников в тёмном переулке. Такое не редкость на улицах Эпиналя, как и любого другого города Святых земель. Как бы хорошо не владел рапирой Антрагэ, всегда найдётся тот, кто владеет ею лучше. Или же его просто возьмут числом.

Герцог явился в дом барона без пышной свиты, в сопровождении лишь пары доверенных слуг и всего пятерых пажей. Он приехал верхом, а не в карете, и вряд ли был узнан. Ещё один титулованный гость — к Антрагэ после дуэли зачастили сторонники герцога с поздравлениями, которые хотели непременно высказать лично.

— Друг мой, — покачал головой Рене Лев после короткого приветствия и поклонов Антрагэ, — скажу тебе прямо, ты умеешь заводить врагов. Однако на сей раз своей дуэлью с несчастным глупцом Ла Шатеньре ты сыграл мне на руку.

Ла Шатеньре оказался и глупым, и подверженным смертному греху гордыни. Он не вынес позора проигранной на глазах у короля дуэли и глубокой ночью, сорвав повязку с раны, истёк кровью. Король хотел и его могилу увековечить памятником из мрамора, но этого не допустил кардинал Рильер, напомнив его величеству, что самоубийц хоронят за оградой кладбищ, где пышное надгробье будет смотреться не слишком уместно.

— Ты должен снова покинуть страну, мой верный вассал, и путь твой, как и в прошлый раз, лежит в Водачче.

— Ваша светлость? — удивился Антрагэ. — Снова в этот город? Чем он так примечателен для вас, что вы уже второй раз отправляете меня туда?

— В прошлый раз, Антрагэ, ты поехал туда, где до тебя не дотянулся бы и король в своей жажде мести. Теперь же у тебя будет дело в этом городе.

Антрагэ не стал спрашивать, какое именно — он терпеливо ждал, когда герцог продолжит.

— Представляю тебе капитана Артура Квайра, — кивнул герцог на одного из приближённых, кого Антрагэ видел сегодня впервые, — он родом из Страндара, но верно служит мне.

Глянув в лицо Квайру, чьи губы постоянно кривила лёгкая ухмылка, Антрагэ решил, что такой человек вряд ли верен кому бы то ни было, кроме самого себя. И он очень надеялся, что это понимал и герцог.

— Капитан сопроводит тебя в Водачче, куда ты прибудешь на борту страндарского корабля.

— Но что именно я должен сделать в Водачче, ваша светлость? — не утерпев, спросил-таки Антрагэ.

— Ты должен сделать всё, чтобы этот город сам вошёл в моё герцогство, мой дорогой вассал, — усмехнулся Рене Лев, — точно так же, как совсем недавно вошёл в Салентинскую унию.

— Я не мастер интриг, ваша светлость, — удивился Антрагэ. — Для подобной миссии вам нужен некто более ловкий.

— Ты мастер клинка, Антрагэ, по праву носящий звание маэстро. Твой отъезд в Водачче, где у тебя моей милостью есть даже собственный дом, не вызовет ни у кого лишних подозрений. Ты покинешь Эпиналь и Адранду на страндарском корабле и прибудешь в Водачче, где станешь действовать от моего имени.

Тогда Антрагэ понял, что сюзерену от него нужны вовсе не ловкие действия, которые в итоге приведут к тому, что Водачче станет частью герцогства Фиарийского. Хотя скорее они приведут к гибели самого Антрагэ и всех, кто вместе с ним окажется замешан в этой авантюре. В Водачче Антрагэ должен стать клинком и глазами сюзерена, подтверждая одним своим присутствием одобрение всех действий капитана Квайра. В случае же, если тот предаст интересы сюзерена, Антрагэ должен его прикончить.

Ничего этого герцог Фиарийский говорить своему вассалу не стал — Антрагэ был достаточно умён, чтобы понимать всё это без лишних слов.

— Когда страндарский корабль покинет гавань Эпиналя? — спросил Антрагэ, прикидывая в уме, сколько времени ему понадобится на сборы.

Герцог глянул через плечо на капитана Квайра, и тот, поняв его, ответил на вопрос:

— Через два дня, с утренним приливом.

Более чем достаточно, особенно если вспомнить, в какой спешке Антрагэ пришлось покидать Эпиналь в прошлый раз.