А начался он с того самого момента, когда дед впервые привел ее сюда и раскрыл их семейную тайну, что передавалась у них каждому новому хранителю.

Сегодня же был несколько особый день.

К ним должны прибыть гости.

Особые гости, а не те доверенные люди её деда и отца, что приезжали к ним с хорошо охраняемым караваном постоянно, чтобы забрать склянки с их «наиценнейшим» эликсиром.

Она уже перестала с благоговейным трепетом относиться к этим небольшим флакончикам, давно поняв, что никакого непосредственного отношения к производству этого «ценнейшего» эликсира их семья не имеет.

Все дело лишь в том артефакте, что когда-то давно нашел ее предок Инзаламиз, которого она сама называла дедом.

Он был главой их рода и первым правителем Светлого Королевства.

Тем, кто когда-то давно и основал их государство, объединив разрозненные племена и народы эльфар. Причем не только светлых, но и всех остальных.

Тогда, как знала девушка, они для всех был просто эльфары. Это потом произошло разделение на отдельные государства и княжества.

Но это все лишь история.

Главное, что у истоков становления всех государств эльфар стоял их дед.

И именно его проверенные люди периодически, по сообщению от девушки или любой другой хранительницы или хранителя, прибывали сюда, чтобы забрать свой драгоценный груз.

Только в этот раз все должно было пройти по-другому.

Ее неугомонная младшая сестренка прислала ей «тайную весточку» о том, что, во-первых, отец о чем-то очень серьезно хочет поговорить с нею.

Но сама Сорелла, а так и звали эту негодницу, не знала о чем там должна пойти речь.

И, во-вторых, эта егоза каким-то немыслимым образом сумела уговорить отца взять ее с собой.

Именно это и принесло радость Сирении.

Она очень хотела встретиться с этой милой и доброй девочкой, в которой души не чаяла и по которой сильно скучала.

Правда, ее слегка насторожили слова ее сестры о предстоящем разговоре с отцом.

Но девушка прекрасно понимала, что рано или поздно это должно было случиться.

– Он явно кого-то выбрал для меня, - тихо прошептала она, отсутствующим взглядом, смотря в стену.

Иначе у них быть не могло.

Она наследница и ей вряд ли предоставят право самостоятельного выбора. Сирения давно уже смирилась со своей участью.

Даже эта, вроде как ссылка в Империю Ларгот, для нее была той отдушиной, когда она могла не переживать и не думать о том, что же для нее приготовит в будущем отец?

С кем им потребуется укрепить родственные связи настолько, что они готовы будут посадить этого неизвестного на трон, рядом с нею, после того как отец передаст ей лесную ветвь правителя.

И вот сегодня она похоже сможет это узнать.

– Да еще и дед приезжает собственной персоной, - прошептала она, - он-то тут зачем? Хотя явно как раз он и приложил к этому руку. Отец не принимает ни одного важного решениях, не посоветовавшись с дедом. Но кого они хотят оставить тут вместо меня? Сорелла еще очень мала и слаба, как маг? Так кто?

У нее было еще две средние сестры и, как это, ни удивительно, старший брат.

Да, у нее был старший брат, только вот Тирокус не смог бы стать хранителем, и как следствие и правителем их королевства.

Так получилось, что он, хоть и не был обделен магическими способностями, но совершенно не мог управлять своими способностями.

Говорят, с ним произошло нечто подобное тому, что делает и любой источник силы со своими жертвами.

Только вот ее брат уже родился таким.

И потому он не мог стать хранителем, ведь для управления артефактом требовалась даже не магическая сила, а именно умение управлять ею. И как раз этих умений в нем совершенно не было.

Ну а две другие ее сестры были просто очень слабыми магами.

Достаточно сильный талант, практически такой же, как в ней самой, был только в Сорелле.

«Кто тогда?» - в очередной раз девушка задала себе мысленный вопрос.

Она не слышала, что кто-то из других ее сестёр должен был прибыть вместе с отцом и караваном.

– Неужели, они собрались запереть тут Сореллу?
– поразилась девушка, - иначе зачем бы отцу брать ее с собой? И тогда все вполне логично. Как бы не упрашивала его Сорелла, но вряд ли она смогла заставить отца сделать что-то вопреки его воле и тем более то, что может угрожать самой девочке. А значит...