И действительно, если я просто просплю это интересное развлечение, мне будет очень обидно. Если бы он не пошёл на рыбалку, мне было бы все равно. Но он пойдёт, наловит себе рыбы и после будет целый день хвастаться, и меня изнутри сожрёт зависть.

Для рыбалки требуется лишь удочки, наживка, вкусняшки и хорошая компания. С первыми двумя возникли сложности. Во-первых, где взять удочки.

У меня их дома точно нет, никто рыбалкой не интересуется. С этим легко справился Саша, выудив из-под дивана ковёр, в котором было несколько удочек.

– Отлично – похвалила его я, – в такой тайник можно деньги прятать.

Во-вторых, наживка. Лучше взять сразу две: хлеб, размоченный в воде, и червяков. Хлеб остался от бутербродов с колбасой, съеденных недавно, и мы, используя полученные знания на уроках лепки в детском саду, составили из него ряд разных по форме мякишей. С червяками пришлось сложнее: нужно было выкопать их где-то.

Вооружившись лопатами, мы перелезли через забор и проникли на заброшенный участок. Свой газон было ужасно жалко копать.

Ночь на улице стояла светлая, и можно было легко определить, что где находится. И всё же если присмотреться, в небе были едва заметны звёзды. Я точно определила для себя, где находится полярная звезда, а где рисуется созвездие "ковш большой медведицы".

– Ты копай давай! – прервал мои наблюдения Саша.

Земля была холодной, но рыхлой. Выкапывая небольшую лунку, мы светили в неё фонариками и искали червяков. Если же такие, к своему несчастью, попадались, то были немедленно схвачены палочками для суши и посажены в банку из-под огурцов.

Закончив дела, мы поставили все приготовления на террасе и разошлись по домам спать.

И вот теперь, когда солнце уже начало хорошенько припекать, мы с Сашей свернули в очередной переулок, прошли десяток метров и очутились у берега реки.

Он был очень живописным, и мы невольно позавидовали тем людям, чьи дома находятся неподалёку. К тому же, рядом находилась берёзовая роща, тянувшаяся вдоль берега, с тонкими белыми стволами деревьев, которые покачивались и шелестели листьями даже от лёгкого ветерка.

Течение было спокойным, и это нам на руку. Саша достал удочки и наживку, и мы начали насаживать её на крючок.

Было странно наблюдать, с каким удовольствием Саша берёт извивающихся червяков и протыкает их насквозь.

Я села на небольшой деревянном пирсе и забросила удочку подальше. Мне казалось, что чем больше расстояние, тем лучше. Саша пару раз покрутил в руках удочку и замахнулся, да так, что леска запуталась в ветках березы. Пришлось долго доставать и распутывать.

Ловили мы больше двух часов. Сначала процесс шёл очень медленно: мы не умели подсекать рыбу, и она спокойно уплывал от нас с угощением. Потом после того, как мы загуглили, как правильно рыбачить, процесс пошёл как по маслу. Рыба была не в восторге от хлеба; он не ела его, даже когда мы просто кидали его на воду; зато обожала червяков. Мы были невероятно рады, когда она клевала, и даже не расстраивались, если она просто уходила. Нам важен был скорее не улов, а тот азарт, что получается в процессе. В конце, подводя итоги, мы насчитали у себя в банках четырнадцать рыб разных размеров.

– Хороший улов у нас сегодня! – сказал друг, похлопав меня по плечу.

– Точно! У меня впервые за долгое время получилось хоть что-то поймать.

Мы пошли домой радостные, уже чувствуя, как образуются родители такому сюрприза. Отойдя от берега метров сто, мы всё решили вернуться, и сделать пару фотографий на память. Банки с рыбой оставили на пригорке.

И тут слышим, как кто-то бежит у берега. Неизвестный нам мальчишка схватил нашу добычу и побежал в неизвестном направлении.

Однажды на приеме мой психотерапевт сказал, что люди во многом напоминают животных. Некоторые звери, почуяв опасность, нападают на того, кто представляет угрозу, пусть и мнимую.

Так они защищают себя и свое потомство. Более беззащитные звери в страхе стараются сразу убежать. Другие же просто замирают на месте и пытаются слиться с окружающей средой. Так и у людей. Кто-то в состоянии стресса "бьёт" свою жертву, как тигр, кто-то пытается убежать от неприятной ситуации, как лань, а кто-то застывает, как лягушка, и надеется, что всё пройдёт как-нибудь само.