– Мне пофиг сколько у тебя денег. Пофиг, что ты вот-вот скупишь весь мир. Каждый сходит с ума по-своему. Но какой бы важной шишкой ты ни был, хоть императором, мать её, вселенной, для меня ты навсегда останешься парнем, который первым узнал, что я завалил Шейлу Басби. Помнишь Шейлу, Мэтт?

– Помню. Ты на ней на радостях чуть не женился.

– И ты был тем, кто меня отговорил. Жаль, что в своё время я не сделал для тебя того же.

– Мы кажется договорились об этом не упоминать.

– Да мне похрен на то, о чём мы там договорились! – заорал Ник. – Реально похрен. И парням тоже похрен. Они, правда, никогда тебе об этом не скажут, зато скажу я: к грёбаной матери, Мэтт, заканчивай это дерьмо. Чёртова баба будто мозг тебе выела. Блин, мужик, ты уже десять раз восполнил то, что она получила по разводу. Куда дальше-то?

Мэтт уже готов был наброситься на друга, как неожиданно Ник сменил тему:

– Ты, вообще, когда в последний раз трахался?

– Ты не охренел, часом, такие вопросы задавать?

– Да у тебя сперма вместо мозгов, если ты до сих пор позволяешь собой манипулировать. Что и кому ты хочешь доказать?

– Никому и ничего я не доказываю и доказывать не собираюсь. – Мэтт поднялся, намекая, что разговор окончен. – Прости, Ник, у меня реально куча дел.

– Сядь, нахрен! – рявкнул Ник.

Мэтт не послушался, но следующая фраза буквально выбила почву у него из-под ног:

– У Тэмми рак.

Как подкошенный Мэтт рухнул на свой стул и в ужасе уставился на друга.

– Твою ж мать!

– Грёбаный стыд, правда, мужик? – Ник презрительно прищурился.

Мэтт снова выругался и закрыл руками лицо.

– Не то слово, – сказал он глухо.

– Ладно, расслабься. Опухоль обнаружили вовремя. Операция прошла успешно. Метастаз нет. Прогноз положительный.

Убрав руки от лица, Мэтт недоверчиво уставился на Ника.

– Почему Крис ничего мне не сказал?

Тот усмехнулся:

– А почему ты хотел отделаться цветами на его свадьбе?

– Да уж. – Думать о том, что близкий друг в тяжёлый момент не счёл нужным обратиться к нему за поддержкой, было больно.

– Тей знает?

– Разумеется.

Вот и контрольный выстрел. Все в курсе, кроме него. Он же обещал себе, что больше никому и никогда не позволит собой пренебрегать, и вот, пожалуйста, – лучшие друзья снова заставили его чувствовать себя человеком второго сорта. Дерьмо! Пять лет назад он едва не угробил себя бесконечным самоедством, и вот, всё повторяется.

Вероятно, эмоции, что испытал Мэтт отразились на его лице, потому что Ник неожиданно смягчил тон.

– Ты придёшь на свадьбу. Наденешь чёртов фрак и встанешь возле друга, который будет обмениваться клятвами любви и верности с достойной женщиной. Ты не был с ним в горе, козёл, но в радости быть обязан. И на мальчишник завтра ты тоже придёшь. Может, после этого я прощу тебе и твою грёбанную свадьбу в Вегасе, и твой развод, из-за которого ты всех нас бросил.

Экспансия зелёного континента началась без него.

Официальными полномочиями по представлению "Тринко" на фондовом рынке Австралии, а также по ведению от его имени переговоров с многочисленными финансовыми комитетами, Мэтт наделил Найджела Уотса, вице-президента по стратегическому развитию. Его команда отправилась в Сидней в начале недели и уже вовсю закидывала докладами Чикагский офис. Сам Мэтт планировал вылететь в Австралию сразу после завершения свадебных торжеств.

Мальчишник Криса проходил в облюбованном ими несколько лет назад ирландском пабе в районе Водонапорной башни. Шон, хозяин заведения, особенно благоволил ирландцу Нику, и отношение к друзьям в таверне "Пиппина" было почти семейным.

Мэтт обещался быть к восьми, но срочные дела задержали его в офисе до половины одиннадцатого. На ближайшие три дня он выпадал из бизнес-процессов, поэтому до последнего вносил коррективы, доводя до белого каления не только Рут, но и всех, кто в четверг вечером имел несчастье находиться на тридцатом этаже башни "Тринко".

В одиннадцать вечера веселье в пабе было в самом разгаре. Шум стоял невообразимый. Взрывы хохота, тосты, звон бокалов и пьяные выкрики. Все столики были убраны, кроме самого дальнего, где за спинами завсегдатаев, плотным кольцом облепившими стоящую по центру барную стойку, сидели его друзья.

По договорённости с Ником, ни Тейлору, ни Крису о его визите в офис Мэтта решено было не рассказывать. Всё должно было выглядеть так, будто в последний момент он нашёл возможность изменить свои планы и остаться в Чикаго. Также Мэтт не собирался упоминать, что знает о болезни Тэмми. Пусть Крис сам ему расскажет, если сочтёт нужным.