Шрифт:
Только начали нанизывать вторую партию шашлыков, как зычный мужской голос привлек к себе внимание:
– Хозяев участков ближних к дороге прошу собраться напротив дачи с металлическим забором.
– А кто ты такой? И зачем нужно собираться? Говори здесь.
– Я – председатель садоводческого общества. Нужно обсудить очень важный вопрос. Поэтому прошу через пять минут собраться.
Чертыхаясь и матерясь, Михайлыч, Сергей и Лида выдвинулись к назначенному месту.
– Товарищи, извините, что оторвал вас от приятного времяпровождения, но когда я еще смогу собрать всех вместе, а вопрос не терпит отлагательства.
– Говори, что за вопрос, а то шашлыки стынут, а водка греется! – забасил один из присутствующих.
– Дело в том, что вы самовольно захватили землю. Каждый из вас незаконно прихватил по полторы сотки. Правление требует в течение десяти дней перенести заборы на свои прежние границы. Вдоль ваших участков будет прокладываться дорга.
– А ху-ху, не хо-хо?! Мы значит тут горбатились, ров вручную засыпали, а теперь извините-подвиньтесь?
– Выступил вперед хорошо подпитый мужичок.
– Так ведь есть дорога. Вот на ней мы сейчас стоим, – вставила Лида. – Чем эта дорога не нравится? Наезженная.
– Эта дорога не наша. По закону мы должны проложить дорогу на земле общества.
– Ничего мы не будем переносить! – зашумели дачники.
– Так, товарищи! Я вас предупредил. Если через десять дней не перенесете заборы, мы их снесем бульдозером. Все понятно? – Вынес свой вердикт председатель и умчался на мотоцикле с коляской.
– Ну что, мужики, придется переносить заборы, – заговорил Дмитрий Михайлович. – Только давайте договоримся, что перенесем не на первоначальную линию, а вплотную ко рву, который мы закопали. Согласны?
– Вообще не надо ничего переносить. Пошли они все…
– Переносить придется. Иначе они все бульдозером снесут вместе с нашими кустами, которые посадили вдоль заборов. А перенесем ко рву, с выгодой останемся. Ну, так как, голосовать будем?
– Да чего голосовать? Правильно ты говоришь, Дмитрий Михайлович, – поддержала предложение Лида. – Хоть наш труд не пропадет.
– Пожалуй, так и надо сделать. Все согласны?
– Согласны… – смирились дачники и направились к своим столам.
Настроение было испорчено. Если на других участках, удаленных от дороги, начали горланить песни, то на крайнем ряду воцарилась гнетущая тишина. Только изредка, у кого-то непроизвольно из глубины души вырывался мат. Храмов прошелся по даче и возвратившись к компании изрек:
– Мать твою… Так мне не только забор, но и туалет надо будет на другое место переносить, да и виноградные кусты пересаживать.
– Не одному тебе. И у нас такая же беда, – вздохнула Лида, смахнув со щеки неожиданно скатившуюся слезу.
Глава 8
Только первые три-четыре года деревья растут медленно, а потом укоренившись, начинают гнать ввысь и вширь свои ветки, захватывающие все больше пространства. Особенно быстро разрастались абрикосы. Грядки начали скокуживаться, а то и вовсе покидать привычное для них место.
Приехав в один из вечеров на дачу, Храмов обнаружил прислоненной к тыльной стороне домика самодельную сажень (большой циркуль с размахом в два метра).
– Что за чертовщина? Откуда у меня на огороде сажень появилась? Подшутил, что ли кто?
Однако, через пару дней выяснилось, что никакая это не шутка.
– Сергей! – Обратился к нему подошедший Петр Терентьевич. – Я на днях померял наши участки. У тебя оказалось земли на полторы сотки больше, чем у меня.
– Ну и что? – Удивился Храмов.
– Да, что-что? Предлагаю тебе перенести свою межу вплотную к стене домика, а этот метр отдать мне.
– Петр Терентьевич, ты что, с дуба рухнул? С какого перепугу я должен отдавать свою землю?
– Так у тебя же больше земли. А отступишь на метр и у нас будет почьти поровну.
– Сосед, а ты что запамятовал, почему у меня участок оказался больше? Мы же в первый год солдатский ров закопали, от того у нас и площадь больше стала. А если бы заборы нас всех переносить не заставили, то земли было бы еще больше. Надурил нас тогда председатель, развел как лохов.
– И как это, он вас надурил?
– Сказал, что дорогу будут обустраивать, а сам через три недели прирезал по всему периметру по два участка. Ну, да бог с ним! зато теперь моя дача не крайняя, от пылищи дорожной прикрыта.