Напротив дренея, за моей спиной, сидел человек в доспехах. Метра два ростом, шлем снят, волнистая каштановая шевелюра, того же цвета борода, цепкий взгляд. Сидел он, чуть подавшись вперед, опираясь на полуторный меч с красивыми гравировками.

Справа от меня стояла, очевидно Матрона, о которой говорила Ксю. Надменный взгляд, белые волосы, жреческая мантия черного цвета с зелеными узорами в виде пауков. Стоп что?

Пауки шевелятся, будто живые. Да ну нет, бред.

Она стояла, но не на полу, а на летающем диске, который просто парил в воздухе.

Ховерборд! Черт, хочу такой же!

Слева на троне располагался Эльф, величавый и такой же надменный. Он сидел на троне из дерева, а на голове у него была корона на вид рогов оленя, или марала? Не важно, из головы у него торчали массивные ветвистые рога. Облачен он был в какой–то микс из кожаных сапог, жилетки, перчаток и тканевые штаны с накидкой. А на шее висело какое–то… Семя? Зерно? Орех?

Кароч понятно, дуррид, гы.

На северо–восточной стороне, между Дренеем и Друидом восседал полуобнаженный Демон. Настоящий!!! Красная кожа, бугры мышц, играющие при каждом вздохе, черные массивные рога, закрученные как бараний. Вместо ступней массивные черные копыта. Он сидел, как и король людей, опираясь на древко оружия, но в этот раз это был моргенштерн, но к цепям крепились аж три огромных шипастых набалдашника.

Спорю на Ксюхино очко, что он и воспламенять умеет свое шипастое трио, хехе.

Напротив, Демона, на юго–западе стояла, угадайте кто? Правильно. Ангел. Но крыльев у нее было восемь пар, золотые волосы, спокойные глаза, мантия с капюшоном.

Какая–там у Ангелов иерархия? Архангел, наверное, или Серафим. Карочи, будет Фимой.

На северо–западе же был Орк. Натурально, как из Варика после контракта с Монноротом. Зеленый, огромный, красные глаза, массивная челюсть, выступающие нижние клыки, черные волосы, заплетенные в причудливую косу. Шкура какого–то зверя на плечах, огромный молот у пьедестала. Чисто дикарь.

Напротив, орка располагался гном. Или дворф. Гном с бородой это дворф, да. Ну что сказать про гнома? Типичный такой гном из Толкина, аля Гимли, сын Глоина.

Ненавижу коротышек и бородачей, к–к–к-комбо.

Все остальные места были обычными, и здесь наблюдались представители всех рас. Даже тех, кто на совете не представлен. Были и зверолюди, самые разные от людоящеров до людомедведей. Феи с крыльями, Эльфы других видов, люди в мантиях.

Ставлю жопу Ксюхи — ссаные аристократы.

Были тут и обычные гномы, те, которые без бороды.

Все равно ненавижу. Ну не могу я доверять тем, кто при разговоре дышит тебе в член.

Я, наконец, отвлекся от созерцания, и обратил внимание на происходящее, а происходило все как обычно в таких местах. Королевские особи о чем–то по очереди спорили, основной народ шептался как двоечники на задней парте. Я прислушался к тому, о чем шла речь между сильными мира сего.

— Уважаемый совет, случай нетипичный, все мы согласны и если бы герой прорвался в должный срок и обрел форму Демона, я бы не имел на него притязаний, но посмотрите, он — ЧЕЛОВЕК. Поэтому он должен начинать свой путь на человеческой территории. Так будет и безопаснее и попросту правильнее! — это говорил король людей, он вещал основательно, делая паузы между словами, повышая и понижая тон, когда нужно.

Крутой. Сильный и умный, уважаю.

— Артур, хочу напомнить тебе, что и в первый раз он должен был прорвать пелену, и сейчас после начала призыва не справился с гневом и прорвался сам, в ущерб себе, через боль, но прорвался, ведомый истинно Демонской яростью! Он — НАШ, — это уже не то говорил, не то рычал Демон, громко стукнув своим страшным оружием об пол, во время произнесения последнего слова.

Король Артур, хехе

— Господа, я высокого мнения об уровне вашего интеллекта. Артур, Аграил. Неужели вы забыли, что куратор этого героя — Дроу, Ксунауфейн? — матрона повела рукой, и я увидел Ксюху, она поднялась чуть ниже и правее от возвышения Матроны.

Вот почему я ее не видел, сидела в укрытии, коза.

— Но он ЧЕЛОВЕК, — говорил Артурка.

— Ксунауфейн — наполовину ДЕМОН, — рычал Аграил.

И тут поднялся такой шум, как на линейке первого сентября, учителя орали друг на друга, школьники шептались, создавая общими усилиями такую какофонию звуков, что я зажмурился. Не люблю шум. И никогда не любил. Даже иногда сам рычал на одноклассников и одногруппников.