– Папуля, привет! – улыбающееся до ушей лицо Эни сияло от радости.

– Привет детка!

Отчего-то в горле у Элисона встал комок. Хорошо, что его любимые девочки даже не представляют, в каком страшном мире все они живут и о том, что очень скоро он может стать ещё намного страшнее. И какие страшные создания, с ужасающими мыслями устанавливают в нем свои законы и порядки…

– Мы купили мне очень-очень-очень красивые платья! – радостно прощебетала Эни. – А сейчас мы пойдем в Галактикум. Нэн обещала, что я смогу исследовать все пять новых галактик! Представляешь, папуля!

– Здорово! Вы развлекайтесь, а я скоро к вам приеду, и мы все вместе сходим пообедать. Идет? – улыбнулся Элисон.

– Да! Да! Да! Ты правда-правда к нам приедешь?! Честно-пречестно?! – большие темные глаза Эни стали еще больше от удивления. Нэн, за ее спиной, скорчила Элисону рожицу, явно означавшую, что он так редко находит время для них, что сегодняшнее предложение кажется им обеим чем-то невероятным. Элисон смущенно улыбнулся.

– Да, я совсем скоро приеду, и мы весь оставшийся день проведем вместе. Честно-пречестно!

– Ура! – завизжала от восторга Эни. – Я люблю тебя, папочка!

– Я тебя тоже люблю. Вас обеих. До встречи.

Нэн послала воздушный поцелуй и отключила связь.

Элисон глубоко вдохнул и выдохнул. Он почти пришел в норму. Как ему повезло, что в его жизни есть Нэн. И, разумеется, Эни. И замечательно, что они обе так отлично ладят между собой. Конечно, Эни не помнит своей матери, но все же все могло сложиться не так хорошо между ней и Нэн. Нэн по-настоящему любит Эни и заботится о ней.

Шесть лет назад, после смерти жены, Элисон был убит горем и находился в состоянии полной растерянности. На руках у него осталась годовалая дочь. Погруженный в науку, рассеянный и не вполне приспособлений к самостоятельной жизни, он не представлял, что делать, как воспитывать маленькую Эни. В тот момент ему казалось, что жизнь закончилась. На несколько месяцев, пока он приспосабливался к новой жизни, он даже забросил работу. Постепенно все понемногу наладилось. Еще два года прошли в унынии, близком к депрессии. Он не представлял рядом с собой ни одну другую женщину. Он скучал по матери Эни. Ему не хватало её голоса, её улыбки. Не хватало её самой. Воспоминания не оставляли, мешали сосредоточиться на работе, на дочери. Элисон понимал, что как бы ни была велика утрата, нужно научиться жить дальше. Ради Эни, ради себя самого. И ничего не мог с собой поделать. Не мог взять себя в руки, собраться. А потом в его жизни появилась Нэн. Она ворвалась в нее как вихрь со своей неуемной жизнерадостностью и энергией и постепенно, со свойственной ей мягкой настойчивостью, шаг за шагом, исцелила его от боли. Вернула ему его самого, научила вновь испытывать радость и любовь…

Сигнал видеофона отвлек его от мыслей о прошлом и о Нэн.

Включив связь, Элисон увидел на экране лицо своего приятеля, с которым перед этим он пытался связаться.

– Эл, – голос Марти казался немного хриплым, слышались посторонние помехи и какой-то гул. Очевидно, Марти находился в очень отдаленной галактике, откуда сигнал проходит плохо. – Привет, Эл…

– Марти, дружище!… – радостно воскликнул Элисон. Лицо Марти оставалось серьёзным.

– Я получил твое сообщение… – изображение Марти тоже то и дело искажалось из-за помех.

– Да! Я хотел узнать… – начал Элисон.

– Слушай, Эл! – перебил его Марти. Элисону показалось, что приятель оглядывается по сторонам, и голос казался непривычно напряженным, но это, опять же, могло быть из-за помех. – Я не могу долго разговаривать. Так что просто слушай. Тебя интересует мгновенная телепортация. Да, я был в группе, занимавшейся этим вопросом. Но я … В общем, я ушел и больше не работаю в Исследовательском центре квантовой-физики… Я кое что узнал, Эл… Случайно… Но это очень серьёзно. Очень… – на этот раз Элисон был уверен, что приятель совершенно точно озирается по сторонам.

– Марти, у тебя все в порядке?…

– Эл, ведется очень нехорошая игра. Последствия могут быть ужасающими. Просто даже представить страшно… Послушай, я точно знаю, что тебя тоже попытаются втянуть в это… Не дай им тебя использовать, Эл! Слышишь?! Не позволь им использовать тебя…

– Марти!…

Экран видеофона погас. Связь прервалась.

Элисон попытался вновь связаться с Марти, но сигнала не было.

– Откуда поступил входящий сигнал? – спросил Элисон у видеофона. Мигнул огонек, сообщая, что видеофон приступил к обработке необходимой информации. Несколько секунд спустя он сообщил о невозможности установить координаты устройства, с которого был послан сигнал соединения, даже приблизительно.

У Элисона после разговора с Марти, с которым они вместе начинали работать сразу после окончания университета в одном из научных центров, сложилось впечатление, что его давний друг попал в серьезные неприятности, а возможно, ему даже грозит какая-то опасность. Марти вёл себя странно, был сам на себя не похож. И дело не в помехах связи. Марти всегда был весельчаком, обожал дурачиться, в любой ситуации. А сегодня он показался Элисону дерганным, нервным, и испуганным. Было такое впечатление, что он пребывает в крайнем нервном напряжении.