Уже смеркается, а мы всё идём. Сил нет, руки ноют от кажущейся уже неимоверно тяжёлой ноши, мышцы на ногах сводит. Остановиться бы? Но рыська явно нервничает. Забегает вперёд и замирает, оглядываясь в ожидании. Неужели опять опасность какую-нибудь чует? Вот и иду. Благо обострённое зрение позволяет видеть всё вполне отчётливо даже в кромешной тьме.
