Муравьи – самое страшное бедствие, которое когда-либо знало человечество.

Один муравьиный город убивает каждый день живых существ больше, чем целая человеческая страна.

Они сначала побеждают, а потом используют в качестве скота все покоренные виды. Тлям, например, они отрезают крылышки, чтобы их было удобнее доить. Вслед за тлями придет однажды и наша очередь.

Осознав опасность, которую представляют для человечества разумные муравьи, я, Максимильен Линар, как представитель человечества решил уничтожить часть леса Фонтенбло, которая благодаря безответственности группки людей кишит теперь освоившими наши технологии муравьями. Если это будет необходимо, я обращу в пепел и весь лес.

Я долго размышлял о будущем. Если мы не уничтожим сейчас двадцать шесть тысяч гектаров зараженного леса, однажды, без сомнения, нам придется уничтожить все леса на земле. Небольшая ампутация спасет нас от гангрены. Знания – заразная болезнь.

Библия учит нас тому, что Адам должен был отказаться от искушения откусить яблоко познания. Ева побудила его совершить непоправимое. Но мы можем помешать муравьям навлечь на себя проклятие.

В лесной зоне, где находятся муравейники, зараженные идеями 103-й, я заложил зажигательные бомбы.

Стараться остановить меня бесполезно. Я надежно забаррикадировался в своем доме, система поджигания бомб, находящаяся под контролем моего компьютера, будет запущена по Сети сразу после этого окончания сообщения, изменить программу извне невозможно.

Не пытайтесь помешать мне. Если каждые пять часов я не буду набирать на моем компьютере секретный код, в воздух взлетит и мой дом, и лес.

Мне терять больше нечего. Я кладу свою жизнь на алтарь человечества. Сегодня идет дождь, я подожду хорошей погоды для начала лесного пожара. Если я погибну во время необдуманного штурма, пусть человечество рассматривает это выступление как мое завещание и пусть кто-то другой продолжит мое дело.

Журналисты бросились передавать сообщения. Незнакомые до этого дня люди в зале переговаривались между собой.

Префект Дюпейрон, приехавший специально для того, чтобы услышать вердикт этого беспрецедентного судебного процесса, на минуту реквизировал кабинет судьи. Он снял трубку, моля Бога о том, чтобы комиссару не пришла в голову дурная мысль оборвать линию.

Бог внял его молитвам, Линар ответил после первого же гудка.

– Что за муха вас укусила, комиссар?

– Чем вы недовольны, господин префект? Вы хотели избавиться от полосы леса для реализации гостиничных проектов группы японцев, ваши желания исполнились. Вы были правы. Это создаст рабочие места и поможет снизить безработицу.

– Ну не так же, Максимильен. Есть более незаметные способы подойти к этому...

– Поджогом этого проклятого леса я спасу все человечество.

У префекта пересохло в горле, а руки вспотели.

– Вы сошли с ума, – вздохнул он.

– Вначале кое-кто так подумает, но потом мне поставят памятники как спасителю человечества.

– Да почему вы так настаиваете на уничтожении этих несчастных муравьев?

– Вы меня что, не слушали, что ли?

– Да слушал, слушал. Вы так боитесь конкуренции других разумных существ?

– Да.

В голосе полицейского было столько убежденности, что префект стал искать сильный аргумент, чтобы его переубедить.

– Вы представляете, что бы произошло, если бы динозавры, поняв, что люди, существа меньшего размера, когда-нибудь создадут сверхмощную цивилизацию, стали бы систематически уничтожать млекопитающих?

– Отличное сравнение. Я действительно думаю, что динозавры должны были избавиться от нас. Если бы появился героический динозавр, который, как я, понял бы, чем дело обернется через века, они до сих пор, быть может, были бы живы, – ответил Линар.

– Но они не могли адаптироваться к нашей планете. Они были слишком огромными, слишком неуклюжими...

– А мы? Муравьи, быть может, тоже однажды посчитают, что мы огромные и неуклюжие. И, если им дать возможности, что они сделают?

Линар положил трубку.

Префект отправил лучших саперов попытаться найти фосфорные бомбы, рассеянные по лесу. Нашли около десятка, но никто не знал, сколько бомб всего, а лес был необъятным. Дальнейшие поиски признали бессмысленными.

Ситуация казалась катастрофической. Люди не отрывали глаз от неба. Все отныне знали, что, как только прекратится дождь, лес загорится.

Но кто-то, однако, негромко произнес: «Мне кажется, у меня есть мысль...»