— Ты прислала свои ноги, чтобы в ответ я сфоткал свои?

— Да, и можно без пены, — мгновенно ответила она, не забыв поставить кокетливый смайлик.

— Не вопрос, но сначала ты. — Фантазия Тимура разыгралась не на шутку.

— Ну-у…. Я же не твоя девушка, чтобы присылать тебе такие фотки…

— Зачем тогда ты прислала мне свои ноги в пене?

— Хотела показать, сколько ты теряешь.

— Хотела показать, но по факту так ничего и не показала.

— У меня есть более откровенные фотки, но я кину их только своему парню!

— Понятно. Я так и думал, что ты сразу сольешься. Давай, пока.

Он закрыл переписку и пошел на кухню перекусить, прекрасно зная, что скоро она сдастся и пришлет что-нибудь еще. Вернувшись в комнату, он ожидаемо обнаружил от Влады новые сообщения.

— Я никогда не сливаюсь, сладкий, — написала она и прикрепила к сообщению фотографию своей груди. Кадр был сделан из зеркала ванной.

«А вот это уже интересно!» — присвистнул Тимур и в качестве поощрения прислал девушке смайлик с сердечками. На самом деле, ему нравилась грудь побольше, но и такая тоже вполне сойдет. Теперь он хотел узнать, как далеко Мальцева может зайти в своем стремлении стать его девушкой. Конечно, он и не думал менять Каспранскую на нее, но его всегда заводило, когда девушки за него борются. Завибрировал телефон — это была Влада. Что ж, ожидаемо.

— Ну что, тебе понравилось? — проворковала она в трубку.

— Не без этого. Кажется, у меня даже температура пропала. — Никакой температуры у него и в помине не было. Он немного приврал, чтобы расположить ее к себе. — Сиськи — лучше «Панадола».

— Это хорошо… Знаешь, Хан, ты бы мог получить не только мои голые фотки…

— Намекаешь, что сначала я должен что-то сделать, да?

— Именно. Расстанься с этой амебой Каспранской. Я смогу дать тебе куда больше, чем она. В прямом и переносном смыслах.

Тимур хохотнул:

— Мальцева, а с чего ты взяла, что я чего-то от нее не дополучаю? — В его голосе появились стальные нотки. Почему-то его задели ее слова про Веронику. — У нас все отлично.

— Конечно-конечно. Я слышала слухи, которые ходят по школе. Но мы-то оба знаем, что все это вранье, да, Хан?

— С чего ты взяла? — Тон его стал крайне недружелюбным. Он даже удивился самому себе. По-хорошему ему следовало бы быть поучтивее с девушкой, которая на многое готова ради него. Ведь, в случае чего, ее всегда можно будет просто поманить пальцем, и она тут же прибежит на зов. — Свечку держала?

— Кажется, кого-то задела правда. Ну-ну, не злись. Я же говорю все это из добрых побуждений…

— Так с чего ты взяла?

— Сегодня твоя Каспранская на весь женский туалет ныла, как ей неприятно слышать лживые слухи о вас двоих, ведь у вас не только ничего не было, но даже не намечается. А подружки пытались ее успокоить.

— И, типа, ты лично все это слышала? Еще скажи, что они разговаривали при тебе.

Влада вздохнула:

— Да, представь, они говорили при мне. Я была в кабинке, когда они зашли. И не выходила до тех пор, пока они не свалили. Ну что? Будешь все отрицать?

— А я разве сказал, что эти слухи — правда? Когда они станут правдой, Мальцева, я не буду рассказывать об этом всей школе. Это наше с ней дело.

— Ты это серьезно? Хан, разуй глаза! Эта мороженая вобла никогда тебе не даст. По крайней мере, до окончания школы. Если у вас когда и случится секс, то это будет под одеялом и при выключенном свете. — Влада хохотнула. — Тебе оно надо?

— Забавно, как ты пытаешься рассуждать о сексе, которого у тебя никогда не было.

Влада нашлась с ответом. В трубке слышалось лишь ее тихое дыхание. Тимур понял, что попал в точку.

Наконец она заговорила:

— А ты свечку держал?

— Да это и так очевидно, — сказал он тоном, не допускающим возражений. — Так к чему все эти разговоры? Женскими сиськами меня не удивить, я их видел достаточно. А ничего лучше ты предложить не можешь.

— А ты бы хотел, чтобы я что-то предложила?

— Мальцева, излагай уже свои предложения, а то я сейчас усну.

— Хорошо. Если ты с ней расстанешься, мы переспим с тобой в первый же день. Как тебе такой вариант?

— Я похож на идиота? Где гарантии, что ты не передумаешь? Я получал достаточно гипотетических предложений, чтобы перестать им верить.

— Но я…

— Даже если это правда, — перебил ее Тимур, — то откуда мне знать, что это не будет под одеялом и в полной темноте? Нужен хоть какой-то тест-драйв, иначе, зачем мне менять Каспранскую на тебя?

— Если бы ты позвал к себе домой меня, а не ее, я бы могла наглядно продемонстрировать разницу между нами двумя.

Она произнесла эти слова таким томным голосом, что фантазии Тимура со скоростью реактивного двигателя занесли его к ней в ванную комнату. Ему очень хотелось проорать в трубку, чтоб она прямо сейчас брала такси и ехала к нему, но это было бы глупо. Усилием воли он подавил все свои инстинкты. Если он сейчас покажет, что ее уловки сработали, она возомнит о себе невесть что.