— Мамочка, но ты ведь любишь его, правда?

— Люблю, милая и всегда любила.

— Я тоже его уже люблю, он классный. И рада, что он мой папа.

— Ты меня обрадовала, я так счастлива. Теперь мы всегда будем вместе.

— А братика или сестренку вы мне всё равно родите! — Заявила мне напоследок.

Теперь, когда мы приезжали к Алексу, она называла его папой, что явно приходилось по душе Маслову. Но иногда в его глазах проскакивала обида и я понимала, что он жалеет, что не смог растить её с самого рождения. И в такие моменты я чувствовала себя виноватой, что лишила его счастья держать на руках маленькую крошку, смотреть, как она растет, учиться ползать, затем ходить, произносить свои первые слова и слышать её счастливый смех.

За столом шло общее обсуждение даты нашей свадьбы, платья и места её проведения. Я с улыбкой наблюдала за родственниками, положив голову на плечо любимого. Тяжелая неделя закончилась, и я уже предвосхищала выходные, на которых отосплюсь. Усталость и раздражение ставшие моими спутниками в последнее время, как недомогание я списывала на загруженность на работе. Новые сделки, текущие дела, отнимали кучу времени и сил, Дорохов больше не объявлялся, но и это затишье мне казалось подозрительным. На все мои вопросы Маслов неизменно отвечал, что никаких дел, кроме рабочих он с ним не имеет. Также отговаривался о том, что Смирнов больше с ним не общается.

Но мой жених видимо не думал, что я могу действовать самостоятельно. Да мне пришлось постараться, чтобы раздобыть нужную информацию, кое-кому заплатить, кто-то был готов и так рассказать все сплетни полугодовой давности касавшейся прошлой помолвки Маслова. Я так и предполагала, что ноги растут оттуда. Главный поборник благопристойности, не мог пройти мимо помолвки молодого и богатого бизнесмена. В его глазах, Маслов был разбалованным донжуаном, меняющим любовниц, как перчатки. И когда парочка объявила о помолвке Смирнов не смирился с таким положением вещей и практически открыто обвинил его во лжи. Помолвка Маслова продержалась месяц, его бывшая пассия внезапно улетела в Эмираты, и вышла замуж за шейха. Теперь, по-видимому, очередь дошла до меня. Именно очередного пасса от Смирного опасался Алекс, и боялся меня потерять.

А, что за делишки у него с Дороховым я узнала совершенно случайно. Проговорились парни из его охраны. Меня они не видели, когда бурно обсуждали закрытый бойцовский клуб, в котором порезвились тем вечером Дорохов и Алекс. Полиция по чьей-то наводке в этот вечер отправилась на облаву. Они не спрашивали кто кем является, и скрутили всех, кто не успел уйти. После ночи в отделении и выяснении личностей задержанных, где им практически предъявили обвинение в организации незаконного клуба, повешенного на них залога, я их и забрала.

Впоследствии оба доказали с помощью адвокатов, что оказались там совершенно случайно, и к клубу не имеют абсолютно никакого отношения. Поклялись больше там не появляться и с тех пор я Дорохова не видела. По работе мы общались с его помощником.

Ксюшка с Катюшкой выбежали из-за дома в сопровождении неизменной шайки щенка и котенка, даже не знаю, как она будет жить в городе без этой стайки.

— Мам! Пап! Привет. Вы уже приехали? — Подбегая к нам и запрыгивая на колени отца, спросила дочь.

— Да, как видишь. У тебя всё хорошо?

— Да, всё отлично. Мы с Катей играли на площадке, когда услышали, что вы приехали. — Бойко выдала дочь.

— Ты ещё выросла за неделю? — Обнимая дочь, спросил Алекс.

— Ну, пап. Ничего я не выросла! Ты меня просто неделю не видел.

— Да и очень соскучился.

— И я соскучилась. Ладно я пошла. У нас с Катей игра не закончена.

— Иди.

Дочь соскочила с колен, поцеловав каждого из нас в щёку, и убежала с сестренкой на площадку.

Вся компания сидела практически до самой ночи в беседке, друзья отца уехали первыми, за ними я отправилась укладывать дочь, ушли Лера с Томом и уснувшей Катюшкой домой. Родители Алекса тоже собирались уходить, и мои с ними прощались, провожая до ворот.

Алекс нашел меня в комнате дочери, я сидела рядом с ней на кровати, задумчиво рассматривая и поглаживая белокурые пряди рассыпавшиеся по подушке.

— Вот ты где. — Он вошёл в комнату прикрывая дверь, и сел рядом.

— Я соскучилась по ней. Она здесь, а мы в городе, уже жду, когда начнется школа, чтобы быть рядом с ней каждый день.

— Мне тоже её не хватает. Теперь у меня две любимых моих девочки, ради которых я сделаю всё.

— Ты останешься?

— Здесь? В доме твоих родителей?

— Алекс мы уже не дети, чего ты испугался?

— Себя.

— Но, почему?

— Боюсь не сдержаться.

— Пойдем, я помогу тебе не сдержаться.

Взяв его за руку, потянула из комнаты дочери в свою. Едва закрылась за нами дверь, Алекс притянул меня к себе впечатывая в собственное тело, и жадно накинулся с поцелуями. До кровати мы добрались уже обнаженными, я обвилась вокруг его тела, как лиана. Я хотела чувствовать его каждой клеточкой своего тела, ощущать каждый миг проведенный рядом. Кожа горела и плавилась от прикосновений, нервы звенели на грани взрыва, обхватив руками член Алекса, сжала его пальцами, поглаживая и чувствуя, как он ещё больше увеличивается в руке. С хриплым стоном Алекс распластал меня по кровати, перехватывая руки и удерживая их над головой. Губы терзали мой рот, трахая его языком, пальцы погрузились во влажное лоно, поглаживая, надавливая и растирая. Грань между реальностями стерлась, погружая нас в мир безграничного удовольствия. Пальцы сменились членом, вбиваясь в меня, как мощный поршень, погружаясь на всю длину. Мощнейший оргазм сотряс тело, проходясь судорогой по каждому нерву, Алекс подхватил мою волну, кончая следом и ловя губами мои стоны.