Вика.

Едва я открыла один глаз, как сразу была смята караулящим меня Алексом. От ночного марафона всё тело болезненно ныло, но это была сладкая боль, мне ужасно хотелось потянуться, но Алекс, придавивший меня своим телом, не давал пошевелиться. Он набросился на мои губы, как страждущий от жажды к источнику, пил и не мог насытиться. Боже, как же я его люблю! Какой я была глупой, когда сбежала и мы потеряли столько лет. Но, с другой стороны, мы бы не стали теми, что сейчас. Не добились бы успеха, и не поняли само значение слова — любовь.

Моё сердце переполняло это чувство и хотелось обнять весь мир, крикнуть во всю силу своих лёгких, как я его люблю. Но, как известно счастье любит тишину, поэтому я лишь сильней прижалась к своему любимому, без слов показывая, как много он для меня значит.

Мы занялись любовью — не торопливой, нежной и не спешной. Алекс покрыл поцелуями каждый участок моего тела, я отвечала тем же, солнце освещало нас и грело на широкой кровати, выводя в воздухе танец пылинок.

После он унес меня в душ, поставил под теплые струи воды и принялся мыть, замотал в большое пушистое полотенце и понес на кухню. Он обращался со мной, как с фарфоровой куклой, которая может разбиться от любого неловкого движения. Мне это безумно льстило, его забота обо мне умиляла, и моя любовь росла еще больше. Но всему же есть предел, и я совсем не хрустальная, завтрак могу приготовить нам и сама. Потому не смотря на его возражения, я переоделась в домашнюю одежду и принялась готовить нам завтрак.

Сидя за столом и допивая чай, кофе мне не дали выпить, в виду моего состояния, я не удержалась и спросила у него, что он планирует делать.

— Что ты будешь делать? — Он понял мой вопрос без дополнительных пояснений.

— В девять отвезу её в клинику и сделаю тест на отцовство, но это даже не ради неё, а ради нашего с тобой спокойствия.

— А если он действительно окажется твоим?

— Он ни в чем не будет нуждаться, я позабочусь о ребенке, кем бы не была его мать.

— Хорошо, подбросишь меня до офиса?

— Конечно, ты не злишься?

— Нет, ребенок ни в чем не виноват, даже если он окажется твоим, я приму его.

— Я рад это слышать, ты самое лучшее, что случилось со мной в этой жизни.

— Я тоже тебя люблю.

До офиса мы добрались через полчаса, я пошла в офис, а Алекс оправился за своей бывшей, чтобы отвезти в клинику. Думать о том, что он сейчас с ней мне не хотелось, но ревность всё равно проскакивала, путая мысли. Я ему доверяла, как себе, и вчерашний день это доказал, что кроме меня ему никто не нужен. Но маленький червячок сомнения всё равно вгрызался в сердце и заставлял нервничать. Постепенно работа меня отвлекла, я забылась, совещания, документы и море цифр, освободилась только к обеду и уже была готова позвонить Алексу, что узнать, где он сейчас. Сомневаюсь, что для обычного анализа требуется провести в клинике полдня.

Позвонить я не успела, он вошел в мой кабинет, держа в руках конверт с логотипом известной клиники. На лице не большое беспокойство и устремленность. Я вскинула брови, удивляясь его настрою.

— Уже?

— Да, мне пришлось заплатить больше, чтобы анализ сделали прямо сегодня.

— И?

— Вот, я его ещё не открывал. Приехал к тебе. Даже Ирина ещё не знает.

— Ладно, откроешь?

— Давай ты? — Он устало опустился на кресло, протягивая мне конверт.

— Хорошо, я открою.

Я взяла конверт дрожащими руками, Алекс прикрыл глаза откидываясь на спинку кресла и руками вцепился в подлокотники. Я вскрыла конверт, читая информацию о пациентах. Предполагаемый отец: Маслов Алексей Николаевич, 29 лет, мать: Калугина Ирина Анатольевна, 26 лет. Тест ДНК проведен из биоматериала обоих предполагаемых родителей, путем взятия амниотической жидкости и составляет в паре отец — ребенок — 0,00 %, в паре мать — ребенок 50,5 %. Я оторвалась от листа и взглянула на напряженного мужчину.

— Выдохни, Алекс. Это не твой ребенок.

В его глазах проскочила буря эмоций, разочарование и облегчение, всё-таки он ожидал, что этот ребенок может оказаться его.

— Отлично! Одной проблемой в виде Ирины стало меньше. Я даже догадываюсь чей это может быть ребенок.

— И чей?

— Моего бывшего партнера, она спала и с ним, и со мной. Видать она и сама не знала от кого из нас залетела. Нужно будет ему намекнуть, что у него скоро родиться наследник.

— Она знает?

— Ещё нет, ей передадут документы завтра, а Кириллу я сообщу сегодня, думаю, он всё расставит по своим местам.

— Не тот ли это Кирилл, который все вопросы решает кардинально? Ты поэтому с ним больше не работаешь?

— Да Кирилл Озеров, ещё тот сукин сын, но держит бизнес крепко, наше партнерство было коротким и взаимовыгодным, если можно так сказать мы остались не врагами.

— Мне даже жалко Ирину, ты хочешь бросить её в пасть волку.

— Она знала на что шла, когда ложилась под него. Она и сбежала-то скорей от него, чем от меня. И влюблена была в него, только испугалась его собственнических замашек. Он своего не отдаёт.