К ней подошел Кристиан Вагнер, держа в левой руке бокал с вином. Как и Мисти, Кристиан все еще ходил в колледж. Однако он трудился, чтобы получить степень в области кино. На нем был обычный костюм с черным галстуком в тон. Он зачесал свои короткие каштановые волосы вправо. Точеный подбородок и светло-голубые глаза Кристиана привлекали наибольшее внимание.

Кристиан спросил Мисти:

– Как дела? Я, эм... Я заметил, что ты уже некоторое время держишь пустой бокал. И решил принести тебе еще выпить.

Мисти сказала:

– Все в порядке, Кристиан. Я думаю, что мне хватит одного бокала.

– Ты... ты уверена?

– Я уверена. Хотя спасибо за предложение. Я ценю это.

– Да. Я имею в виду, никаких проблем. Я просто выпью. Твое здоровье, да?

– Твое здоровье.

Пара обменялась смехом. Кристиан явно нервничал, он потел и заикался. Он питал тайные чувства к Мисти. Хотя Мисти могла читать его как книгу. Он ей тоже нравился, но время было неподходящее.

Кристиан сказал:

– Это вечеринка по случаю новоселья, а? Или, может быть, это больше похоже на выставку? Яппи и старые богачи со всей страны собрались вместе, чтобы проанализировать искусство великого Курта Пьера, попивая дорогое вино и обсуждая политику. Удивительно, не правда ли?

– Ты говоришь так, словно не являешься поклонником работ Курта, - ответила Мисти. – Не говори, что это не так, Крис. Разве ты не восхищаешься его работой?

– Конечно, я восхищаюсь его настойчивостью. Я думаю, что он многого достиг. Это заняло у него до тридцати с небольшим лет, но он справился. Однако это не значит, что он не придурок. Я имею в виду, в нем есть что-то странное, не так ли?

Мисти втянула губы и жеманно улыбнулась, уставившись себе под ноги. По правде говоря, она была поклонницей творчества Курта, но немного ревновала. Она хотела, чтобы ее ценили как личность, она хотела, чтобы ее признали художницей. Однако она не была озлоблена. Успех Курта как художника также мотивировал ее.

Кристиан сделал глоток вина, затем сказал:

– Если ты спросишь меня, то твоя работа намного лучше. Она абстрактна, но все еще следует тенденциям. Это подпитывается болезненной политикой, чтобы создать шумиху. Твое... Твое творчество говорит от всего сердца. Оно истинно, понимаешь? На самом деле, оно лучше, чем это. Лучше, чем все это.

Мисти улыбнулась и ответила:

– Ты не должен хвалить художника, оскорбляя другого художника. Хотя спасибо тебе. Это... Это очень приятно.

– О, я... я не это имел в виду. Я... Я не знаю, я просто пытался сказать: я - большой поклонник твоих картин. Вот и все. Я... Я все испортил, да?

– Не беспокойся об этом. Тебе нужно немного расслабиться, Крис. Ты промочишь весь свой костюм, если продолжишь так потеть. Я имею в виду, ты выглядишь так, словно только что прыгнул в бассейн, не сняв одежду.

Кристиан усмехнулся и вытер пот со лба тыльной стороной ладони. Мисти достала из сумочки носовой платок, затем промокнула щеки Кристиана.

– Мисти! Моя японская принцесса, - раздался грубый мужской голос.

Мисти и Кристиан одновременно обернулись и посмотрели через плечо.

– Вот черт, - пробормотал Кристиан.

Курт Пьер – человек часа – подошел к паре, его руки были вытянуты в стороны, как будто он раскрыл их для объятий. Мужчина был одет в черный костюм с темно-синей рубашкой на пуговицах. Верхние четыре пуговицы его рубашки были расстегнуты, обнажая волосатую грудь. Каштановые волосы были коротко подстрижены. Его налитые кровью глаза, красные от наркотиков и алкоголя, проходящих через его тело, были скрыты солнцезащитными очками.

Художник поцеловал Мисти в щеку, затем обнял ее. Он взглянул на Кристиана с хитрой ухмылкой на лице и похлопал его по плечу, как бы говоря: Как дела, парень?

Высвободившись из объятий, Мисти закатила глаза и сказала:

– Мы уже проходили через это, Курт: я не твоя японская принцесса. Что бы, черт возьми, это ни значило...

Курт усмехнулся, а затем сказал:

– Это значит, что ты - принцесса, и ты вся моя. Все просто, не так ли?

– Не совсем. Я никому не принадлежу, помнишь?

– Конечно, конечно. Я хочу сказать... тебе всегда будет место в моем сердце. Возможно, мне следует сказать: ты - японская принцесса, и я принадлежу тебе. Это звучит лучше, дорогая?

– Немного.

Курт громко захихикал, привлекая все взгляды в комнате. Мисти хихикнула и покачала головой, забавляясь эксцентричным поведением Курта. Кристиан стоял молча, расстроенный смелым подходом Курта.

Успокоившись, Курт спросил:

– Как тебе вечеринка?

Мисти ответила:

– Нормально. Ты нашел себе милый маленький дом, не так ли?