Ты едва слышишь хоть слово, им сказанное, твое внимание подчинено тем непонятным бурлением, что поднимается от промежности к голове, и ты смотришь, смотришь, смотришь, как мисс Дори бьется голая на полу и натирает этим теплым влажным мозгом у себя между ног, словно отчаянно пытаясь засунуть его внутрь. Потом, с нечеловеческой ловкостью, ее тело выгибается на полу дугой, бедра подаются вверх, и она кричит, долго и громко, а потом падает, пуская слюну.

– Блин, Дори!
– усмехается Уинчел.
– Когда девица ревет громче поломанной бензопилы, полагаю, это значит, что кончун у нее роскошный!

Мисс Дори уставилась вперед, задыхаясь, как ужаревшее животное.

– Мне еще не было так хорошо, никогда, - шепчет она, - и теперь ты тоже это почувствуешь, Марла.

Она отчаянно тянется вверх, тащит тебя на пол, стаскивает твои шорты. Раздвинув тебе ноги, она несколько раз лижет твою "киску", а потом кладет туда мозг Флойда и начинает натирать. Невероятное ощущение приковывает тебя к месту, нежа каждый нерв и затопляя тебя удовольствием, которое ты и представить не могла, и удовольствие это все нарастает и нарастает, как пар в скороварке, пока мозг скользит вверх и вниз, вверх и вниз, а потом ты кричишь, и мисс Дори усмехается, и Уинчел гикает, когда твои пятки и кулаки молотят по полу, а твой оргазм разражается, как оползень, и впервые за - ты уже не помнишь - сколько времени боль уходит, и ты знаешь, что она не вернется больше, а потом мисс Дори целует тебя, гладит и шепчет:

– Марла, милая? В мире столько злых мужчин, что нам надо устраивать себе больше головачей...

– Да, - шепчешь ты в ответ.
– Намного больше.

Перевод: Василий Рузаков (R.I.P.)

"Адский город"

Через шесть минут после того, как он официально умер, Слайдс обнаружил, что стоит на углу улицы в таком возбуждении, какого он никогда не видел. Он был таким же, как и при жизни: широкоплечим, высоким, с темными грязными волосами и густой черной бородой. Синие джинсы, рабочие ботинки и его любимая футболка, туго обтягивающая пивной живот; на ней было написано: ПЛЯЖ СВЯТОГО ПИТА - ТИХИЙ МАЛЕНЬКИЙ ПЬЯНЫЙ ГОРОДОК С РЫБАЦКИМИ ПРОБЛЕМАМИ. Слайдс был деревенщиной, испытанным и верным говнюком. Крутым парнeм. В свое время он повидал много - за неимением более элегантной фразеологии - гребаного дерьма, но сейчас...

Cейчас...

Что это?

Завывал ветер. Крылатые клещи роились во влажном воздухе и покрывались красными пятнами, когда он прихлопывал их к своим мускулистым предплечьям. Что это за город такой?– ужасный вопрос пришел ему в голову, когда его взгляд был поднят вверх. Тусклые, унылые небоскребы с окнами казались высотой в милю и наклонялись то туда, то сюда под такими экстремальными углами, что он думал, что они могут рухнуть в любой момент. Искаженные лица, которые никак не могли быть человеческими, выглядывали из многих узких окон в то время, как другие окна были либо разбиты, либо забрызганы кровью. Небо, видимое между каждым зданием, казалось красным, и между двумя из них висел черный серп луны. Слайдс моргнул.

Это должен был быть сон. Именно эта мысль впервые пришла ему в голову. Его Осуждению было всего несколько минут от роду, он почти ничего не помнил. Например, он не мог вспомнить, где родился, не мог вспомнить свой возраст и не мог вспомнить свою фамилию. Действительно, Слайдс даже не помнил, как умер.

Но умереть он должен был, и за всю жизнь, полную ужасных грехов и злодеяний, он был Проклят гореть в Аду.

И вот он здесь.

Кошмар, вот и все, – убеждал он себя. Красное небо? Офисные здания, наклоненные под углом в шестьдесят градусов? И...

Раздался свист.

Черная летучая мышь, с шестифутовым[16] размахом крыльев и смутно напоминающим человеческое лицом, пролетела прямо над его головой. Слайдс почувствовал зловонный порыв ветра, а затем отпрянул, когда невозможное по природе животное насрало ему на голову.

– Вот тварь!
– завопил Слайдс.

Летучая мышь - на самом деле гексегенически созданная помесь одного из нескольких родов, известных как Revoltus chiropterus, - оглянулась через свое кожистое плечо и улыбнулась.

– Добро пожаловать в Aд, - прохрипелa она.

Слайдс удивился этим словам больше, чем самому существу. Черт, – подумал он довольно уклончиво.
– Я же на самом деле не в...

ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ В КРУГ СВЯТОЙ ПУТРАДЫ, НОВЕЙШИЙ ПРЕФЕКТ АДА ПO СВИЩЕОБРАЗОВАНИЮ И МУТАЦИЯМ,– светящаяся вывеска прервала его мысли.

Слайдс мог только смотреть на вывеску, когда брызги чудовищного гуано стекали по его лицу.

Адская новинка... ЧТО?!!

На углу мигнул еще один знак: НЕ ХОДИТЬ, а затем улицу пересекла толпа пешеходов. Слайдс просто продолжал смотреть...

Сначала он не понял, кем они были: Людьми? Монстрaми? Комбинациeй того и другого? Стройная пара держалась за руки, когда они проходили мимо, плоть гнила на их конечностях и лицах. Несколько озорных детей пробирались сквозь толпу, с клыками, как у собаки, и глазами, большими и красными, как яблоки. Следующим прошел Оборотень в деловом костюме и c портфелем, а затем толстый клоун с топором в морде. Обращаясь к Слайдсу, клоун спросил: