Видимо из-за воспоминаний человек замкнулся, поскучнел, но поставил в известность:

– И последнее на сегодня. Мне не нравится ваша физическая форма. Я буду передавать вам флаконы с зельями, а вы должны их своевременно принимать. Они немного приведут в порядок ваш организм. Да и учиться станет полегче.

Чайный клуб

Однокурсники меня встретили странными взглядами. Скорее, из-за того, что уже прослышали о занятиях с тремя деканами сразу и о том, что мне вернули дубинку.

Члены чайного клуба устроили для перваков чайную церемонию, так сказать, посвятили в таинство. Не все из приглашённых смогут к ним примкнуть, но не примкнувшие должны знать, чего они лишись.

Позвали, правда, не всех первокурсников. Как позже намекнули, только достойных получить звание кандидата. В клубе не придерживались каких-либо расовых или иных предрассудков, но вы сами должны понимать, что всяким цветным здесь не место. Они могут быть прекрасными людьми, достойными всяческого уважения, но иногда хочется спокойно посидеть в приличной компании, среди белых людей.

Энтони Голдстейн тоже не приглашён – с такой-то фамилией!

Мораг МакДугал, Майкл Корнер и Стефан Корнфут, конечно, чистокровные британцы, но голь перекатная. Ежемесячный взнос в два галлеона служит скорее для того, чтобы отсечь людей, не полностью подходящих кругу любителей выпить чашечку – другую горяченькой заварочки. Хотя деньги тоже важны – хороший чай стоит хороших денег.

Так что пригласили всех оставшихся – меня, Мэнди Броклхерст, Терри Бута и Лайзу Турпин. Привели в чайную гостиную, куда посторонних без особой нужды не допускали.

С японскими, китайскими и иными восточными традициями действо не имело никакой связи. Здесь проходит чисто английское чаепитие. Строгий, кремового цвета, веджвудский сервиз костяного фарфора, без всяких дешёвых украшательств, типа аляпистых листочков-цветочков. Только элегантные формы, простая лепнина в качестве орнамента и затейливо изогнутые ручки там, где они положены. Тяжёлая серебряная посуда. Крупнолистовой чай.

В начале действа точно выверенное количество чайного листа засыпается в заварочный чайник и обдаётся необходимым объёмом крутого кипятка. Настоявшийся чай через ситечко наливают в жирное молоко. Не наоборот! Затем добавляется сахар, и ложечкой перемешивается. Её обязательно надо вытащить и положить рядом. На маленькой тарелочке подаётся десерт, в нашем случае, это намазанный маслом, обжаренный фруктовый пирог с сушёной смородиной.

За каждым приглашённым следили внимательные глаза хозяев. Замечаний никому не делалось, но было понятно, что ошибки фиксируются. Кажется… только, кажется!.. что я преодолел этот экзамен. Ещё бы! Имея в родне тётю Петунью, часто устраивающую у нас в доме чаепитие для подружек и обязательно сажавшую напоказ за стол «детишек», трудно было бы не научиться соответствовать высоким стандартам придирчивых кумушек.

Разговоры велись самые светские: «Как вы думаете, скоро придут дожди?» или «Такая мужественная девушка! Он смахнул рукавом крошки на её мантию, а она даже бровью не повела!»

Впрочем, после чаепития и благодарностей устроителям пошли обычные разговоры. Я предложил устроить что-то похожее, но в стиле «а ля магл». Только для того, чтобы показать, как такое бывает ТАМ. Для Магловедения оно будет полезно. Угощение и напитки должны быть только аутентичные, но это я беру на себя. С остальных потребуется лишь принести собственные чашки. Ведь именно так развлекаются простые английские школьники.

То есть, может они так и не развлекаются или развлекаются, но не все и иногда, однако кто меня опровергнет? Среди факультетских чистая магла только Мораг МакДугал, но она сама признавалась, что приютская. Может, её не приглашали на посиделки. И я провёл детство в том мире, а остальные или чистокровные, или полукровки, крайне редко выходящие из магических поселений. В общем, идея была принята с восторгом.

Возвращаясь к себе по комнатам, мы натолкнулись на совершенно замученного Стефана Корнфута, бредущего с отработок у завхоза. На осторожный вопрос своего соседа по комнате, Терри Бута, бедолага разразился градом проклятий и обвинений. Упоминались и Снегг, и зелья, и Филч, но особенно досталось потускневшим кубкам. Их пришлось чистить без магии, ведь волшебную палочку завхоз отобрал перед постановкой задачи и отдал только после окончания отработки.

Затем наша компания разошлась – мы отправились спать, Корнфут – в душевую комнату.

Терри успел насплетничать, что его сосед знает многое, но очень приблизительно. То же зелье Излечения фурункулов – он может его и варил раз сто, но Стеф сам признавался, что скорее присутствовал при приготовлении эликсира репетитором и немного помогал, а вот его отец действительно готовил эликсир. Аптекарь должен сам делать то, что продаёт.

В спальне на письменном столе стоит какой-то флакон. Мужчина на портрете вдруг ожил, степенно кашлянул, привлекая внимание, и заговорил глубоким басом: