Он мог бы и не ворчать – Бесс и так знала, что напряжение не отпускало его на протяжении всей прогулки.

– Ничего же не случилось, – бросила она через плечо. – Зато Эстебан теперь знает, что…

Она не договорила. Когда Кальдак распахнул дверь, оттуда выскочило несколько крыс. Десятки огромных жирных крыс… На ступеньках, в прихожей, везде! Боже! По ее дому шныряют крысы!

– Назад!

Кальдак дернул ее за руку и оттащил от лестницы. Крысы брызнули на тротуар, причем одна из них пробежала по ноге Бесс.

Агент по фамилии Питерсон уже мчался через улицу.

– Что у вас тут?

– Как они сюда попали?! – прорычал Кальдак.

– Я все время был на посту. В дом никто не входил…

– Очистить лестницу!

Питерсон скрылся в подъезде.

– Ненавижу крыс! Мерзость… – Бесс никак не могла унять дрожь. – Ты думаешь, это Эстебан?

Кальдак кивнул.

– Вспомни его прошлое. Он решил поделиться с тобой своим личным кошмаром.

Бесс закрыла глаза.

– Ты в порядке?

– Почти. Пойдем в дом, твой агент уже распугал всех крыс. Эстебан обязательно позвонит: ему важно узнать результат.

Она решительно шагнула к лестнице, но Кальдак остановил ее.

– Сначала я должен осмотреть все. Наверняка Питерсон проспал нашего друга.

Когда Кальдак выходил из лаборатории, зазвонил телефон.

– Я возьму трубку! – крикнул Кальдак.

– Нет, ему нужна я. И сама с ним поговорю.

– А, наконец-то дозвонился. Третий раз набираю, – услышала Бесс. – Как тебе мой сюрприз?

– Слабый ход, подонок! Я уже знаю, что Джули невредима, – сказала она, изо всех сил стараясь, чтобы дрожь в голосе не выдала ее растерянности и страха. – А крысы меня не волнуют. Я их даже люблю. В детстве у меня была домашняя крыса.

Наступило молчание, затем Эстебан произнес одно-единственное слово:

– Врешь!

– Почему же? Маленькая такая крыса. Ее звали Герман. Он жил в клетке и…

Эстебан повесил трубку.

– У тебя действительно в детстве была крыса? – удивленно спросил Кальдак.

– Нет, конечно. Я их ненавижу. – Бесс вздохнула. – Но похоже, он мне поверил.

– В этом нет ничего хорошего. Теперь он возненавидит тебя еще сильнее: ты оказалась заодно с его злейшими врагами.

Раздался стук в дверь, и на пороге появился Питерсон.

– Я сейчас вернусь, – сказал Кальдак, обращаясь к Бесс. – Надо кое-что проверить.

Бесс стало легче, когда он ушел. Ей не хотелось, чтобы он видел ее в таком смятении. Сначала Эстебан испытывал ее психику кровью на рубашке Джули, теперь – крысами… ей потребуется время, чтобы прийти в себя. Интересно, сколько времени?

Вернувшись в квартиру, Кальдак доложил:

– В стене со стороны аллеи дыра. Те ребята могли провертеть ее когда угодно. Питерсону с его поста это место не видно. – Он поджал губы. – С сегодняшнего дня в аллее будет дежурить еще один агент.

– Как они подбросили крыс?

– Вставили в дыру конец изогнутой трубы и провели ее под землей. Когда мы вышли, они запустили крыс через трубу.

– Де Сальмо?

– Это мог сделать любой из людей Эстебана. Дело пустяковое, а Де Сальмо все-таки специалист.

Но Бесс случившееся не казалось пустяковым делом. Воплотить в жизнь самый страшный горячечный бред – совсем не пустяк.

Очевидно, ее мысли отразились на лице, потому что Кальдак проговорил:

– Бесс, ты отлично знаешь, что можешь уехать в любую минуту.

– Помолчи, Кальдак. Я никуда отсюда не уйду.

– Разве что завтра – на улицу?

– Точно.

– Мудро, – пробормотал Кальдак. – Чрезвычайно мудро.

На следующее утро на кофейный столик, у которого сидел Кальдак, легла стопка новых снимков.

– Вот тебе пища для размышлений.

Кальдак пробежал фотографии глазами.

– Немало.

– Четыре катушки! Теперь я уверена, что сняла его, если только он был поблизости. – Она пододвинула себе стул и присела. – Что скажешь?

– Пока ничего. Мне надо внимательно их рассмотреть.

– Потом рассмотришь, нам пора идти.

– Хватит, – неожиданно заявил Кальдак. – Больше мы не будем ходить по улицам.

– Черта с два!

– Черта с два мы куда-то пойдем! – взорвался Кальдак. – Пойми, наконец, это опасно!

Бесс удивленно взглянула на него.

– А выстрел снайпера в окно или мамба в ванне?

– Это я беру на себя.

– Кальдак, ты же согласился, что здесь риск ненамного ниже. – Бесс подалась вперед. – Ты сам не знаешь, что говоришь.