Мальчик молчал. Ему не нравилась ни эта тётка, ни её серая, криво надетая шапка, ни красный нос…

– Спокойный? – поинтересовалась та.

– Ага, – ответила Тоня.

– А ты его щипли за щёки-то… чтобы плакал. Так больше подадут, – посоветовала «заботливая» собеседница. – Ишь, пухленький какой! Только, видать, от мамки! – усмехнулась тётка.

– А вы почему свою не щиплете? Жалко?

– Да моя, если разорётся, то на весь день! Её ж кормить надо… А мне нечем… Молока-то нету… А на детское питание тратиться… я столько не зарабатываю, – усмехнулась она беззубым ртом. – На выпивку и то не всегда хватает…

– И нечего советы тогда раздавать… Мамаша…

– Ну, сиди, я пошла, – сказала женщина и заковыляла неровной походкой к себе на ступеньку, «за угол»…

Мальчик смотрел на спешащих мимо людей, надеясь увидеть маму или папу, но никто из прохожих даже отдалённо не походил на его родителей…

– Когда мы маму будем ишкать? Она не идёт, жначит ишкать надо! – заявил малыш и расплакался.

– Игорёшка! Ты опять за своё! – всплеснула руками Тоня и принялась успокаивать мальчика.

Она гладила его по волосам, вытирала слёзы с румяных щёчек своим платком.

– Тебе со мной, разве, плохо? Мы сейчас гулять пойдём…

Вдруг маленькая девочка в ярко-розовом комбинезончике остановилась, заглянула в коробочку и, беспрестанно оглядываясь, неуверенно побрела дальше. Потом возвратилась, постояла, переводя взгляд с коробочки то на Тоню, то на Егорку. Вдруг решительно развернулась и отправилась прочь.

Конец ознакомительного фрагмента.