Утренняя прохлада освежает.

Город проснулся, жизнь на улицах бурлит. Чем дальше от центра, тем оживлённее становится. Бегут другие рикши, опасно проскакивая между двуколками, лоточники лезут чуть ли не под колёса повозок, предлагая горячие пирожки и завёрнутые в промасленную бумагу яичные рулеты.

Я присматриваюсь без особого интереса.

Рикша останавливается.

– Господин.

– Твоя работа на меня закончена.

– Господин, я я не…

– Тебе повезло. Может, для тебя это шанс изменить свою жизнь? Всё, твоя работа на меня окончена, разговор окончен.

Я исчезаю под отводом глаз. Невидимке легко слиться с толпой и уйти в один из боковых проулков, чтобы снять плащ, вывернуть наизнанку телогрейку и выйти из закутка уже не страшным чёрным Странником, а молодом господином, недавно прибывшим в столицу из провинции.

Торговец книгами моего появления не ждёт, он даже не узнаёт меня сперва, что вполне естественно, отвод глаз я ослабила, а не сняла. Приходится напомнить о себе громким стуком – я опускаю на столешницу альбом. А затем протягиваю пачку рисунков, прикрытых сверху чистым листом бумаги. Торговец вопросительно смотрит на меня.

Я ухмыляюсь:

– Ваш смелый художник просто трус.

Торговец берёт пачку, небрежно открывает первый рисунок. Я удовлетворённо щурюсь. Наблюдать за изменением выражения его лица приятно… Глаза широко распахиваются, брови ползут к волосам, а губы вытягиваются в трубочку. Со лба скатывается крупная бисерина пота. Торговец шумно сглатывает, переворачивает страницу.

– Ох…

– Вам срочно захотелось посетить бордель, уважаемый?

– Господин, зачем же так прямо? – на толстых щеках торговца вспыхивают бордовые лизуны, но надо отдать мужчине должное, он решительно захлопывает рисунки, даже не досмотрев, успокаивает сбившееся дыхание и возвращает себе деловой настрой.

Я улыбаюсь и снова пододвигаю пачку рисунков к нему поближе:

– Вы смотрите, смотрите, уважаемый. Видите слитки серебра, не помещающиеся в вашу кладовку? Видите, как из скромного торговца превращаетесь в богача?

Торговец фыркает:

– Господин, вы преувеличиваете.

Тю!

– Уважаемый, как думаете, ваш конкурент, чья лавка всего-то через площадь, то есть очень-очень близко, в нескольких шагах отсюда… Так вот, он за эти рисунки предложит мне две трети прибыли или больше? Я ведь могу нарисовать ещё несколько… портретов. Эти не самые смелые.

– Две трети? Юный господин, как вы считаете?

– Пфф! В свою пользу, разумеется. А вы иначе?

Торговец разражается хохотом, хлопает по столешнице кулаком:

– Юный господин, определённо, мы договоримся.

Торговец оказался прав, мы договорились.

Сошлись на четверти прибыли в мою пользу, я посчитала долю приемлемой, всё же я трачусь лишь на кисти, тушь и бумагу, а торговец, господин Пландик, заказывает тираж, арендует склад, обеспечивает логистику.

Хах, я поставила крайне жёсткое условие – дохода одной книжкой лавки мне мало, мои художества должны взбудоражить всю столицу. Интересно, господин Пландик счастлив или несчастлив? Жил тихо, приторговывал смелыми альбомами, а теперь вынужден носиться по свей столице как угорелый и налаживать каналы сбыта, я его по случаю умным фразам научила, мда.

Деревянная повозка поскрипывает. Штора приоткрыта, и с улицы задувает ветер, несущий аромат хвои. Сосновый лес тянется по обеим сторонам дороги.

Я всё-таки решила покинуть столицу. Рисовать можно и на природе, а вот восстанавливать резерв… В столице можно, да, но кто-то обязательно заметит «дыры» в магическом фоне, и пусть они быстро затягиваются, всё равно начнёт наблюдать. Оно мне надо? Достаточно, что Странник и так уже засветился перед императором.

Погода тёплая, солнце греет, птицы поют. Вот это я понимаю – отпуск. Может, не возвращаться? Нет, жизнь бродячей дикарки не для меня.

Я выхожу на первой же станции и за пяток чешуек пристраиваюсь к крестьянину в открытую телегу. Доеду до ближайшей деревни, найму лошадь до следующего поселения, а по пути буду пылесосить – вытяну всю магию до последней капли. За час-два магический фон восстановится, а я тронусь дальше, заночую в одной из деревень…

Дни в переездах с места на место пролетают незаметно, вот вроде бы только недавно покинула столицу, а браслет вибрирует, напоминая, что пора возвращаться.

В очередной деревне, я со счёта сбилась, сколько их я прошла, я нахожу старшего сына старосты:

– Эй, подзаработать хочешь?

– Господин?

Я показываю слиток серебра:

– Ты меня не видел. До тракта довези, до станции.

– Понял, господин, не видел я никого, а телегу сию секунду подгоню.

Деньги не решают всех проблем, но избавляют от очень многих.