Шрифт:
Предупреждение о монстре выдано в аграрном районе Неоджо-ри, провинция Пэджу. [Уровень предупреждения 1!] Люди приняли монстров как обыденность своей жизни. После того как предупреждение было выдано, они уходили без паники из-за появления монстров.
А люди, которые охотились на монстров, выдвинулись.
В настоящее время редко использовали военных.
— Количество появившихся монстров в последнее время уменьшилось, а количество игроков продолжает расти.
— А что, если количество игроков увеличится? Они ходят только на первый или второй этаж подземелий, боясь потерять свои жалкие жизни.
— Тем не менее им платят миллионы. Та же работа, поимка монстров, как и у нас, но им платят сотни миллионов, и они знаменитости для общества, в то время как люди, вроде нас, рассматриваются, как грязные охотничьи псы. Что за дерьмовый мир!
Наемники, что были наняты корпорациями, у которых контракты с правительством.
Это была самая экономичная организация. Вместо того чтобы выделять и тратить больше денег на военных, для убийства монстров аутсорсинг оказался эффективнее, с точки зрения управления и затрат.
С наемниками было легче обойтись и после.
Когда солдат жертвует собой для своей страны, та должна дать его семье и близким пенсию, а также компенсацию, но наемники не имеют таких прав и привилегий.
Конечно, здравомыслящий человек никогда не будет работать наемником, потому что он может умереть в любой момент.
Другими словами, у каждого наемника было хотя бы одно обстоятельство или причина, которые мешали ему жить нормальной жизнью.
— Если бы у меня не было судимости, я бы, вероятно, работал неполный рабочий день в мини-маркете.
Так обстояло дело с теми, кто сейчас был на военных грузовиках для борьбы с монстрами в Пэджу.
— Я почти уверен, что ты не получишь работу с таким лицом, как твое.
— Что? Что случилось с моим лицом?
— Я действительно должен сказать тебе?
— Гребаный засранец! А твое лицо?
— Лучше, чем твое!
Либо у одного была судимость, либо он отчаянно нуждался в деньгах, до такой степени, что продавал собственную жизнь или был в долгах.
Для тех, кто не мог вести обычную жизнь, было несколько вариантов, кроме как, рисковать своей жизнью против монстров в качестве наемников.
— В любом случае Ким У-чин, этот ублюдок, просто спит даже в такой обстановке, пока я здесь умираю от укачивания.
Ким У-чин, молодой человек, который уснул в грузовике со сложенными руками, также был охотничьим псом.
— Когда смотришь на него вот так, он выглядит как обычный студент колледжа, но в тот момент, когда он открывает глаза... нет более сумасшедшего пса, чем он.
— Внешне Ким У-чин выглядет как нормальный юноша. Ему не хватает отличительных черт, потому что он совершенно непримечательный молодой человек.
— Это все еще лучше.
— Ты говоришь, что это лучше?
— Однако биография Ким У-чина совершенно отличалась от его внешности. До появления монстров он охотился на парней, похожих на гангстеров.
— Гангстеров?
— Да, он раньше грабил бандитов, даже охотился на них за награду. Ким У-чин был охотником за головами.
— Итак, он был апостолом справедливости.
— Это не так.
— Конечно, Охота на преступников никогда не была справедлива. Он не ловил бандитов или преступников ради правосудия. Он сделал это просто чтобы убивать.
— Что?
— Не правда ли? Вы когда-нибудь видели, как гангстер сообщал полиции, что его ограбили? Независимо от того, что было сделано против преступников, после этого не будет много последствий.
— Более 10 банд были уничтожены только его руками.
Вот почему Ким У-чин стал охотником на преступников, и именно поэтому он стал охотником на монстров.
— В любом случае он псих. Тот факт, что он изначально работал наемником, уже доказывает мою точку зрения, что он псих, который находится на другом уровне, по сравнению с такими мудаками, как мы.
— Псих?
Губы Ким У-чин приподнялись.
— Хуп!
Когда Ким У-чин был прямо перед ними, у них перехватило дыхание от удивления.
Вскоре тот открыл глаза и огляделся.
Из-за его действия, юноша, который рассказывал историю Ким У-чина, взвизгнул от удивления.
— Вау, У-чин, я только...
Тот нахмурился.
У Ким У-чина была внешность, которую можно было найти где угодно. Однако в тот момент, когда он открыл глаза, взгляд его глаз не казался человеческим.