Новость быстро распространилась по всему миру. Интернет блоги / посты [Две великие гильдии соревнуются за семиэтажное подземелье во Франции!]

[Это первый раунд между Гильдией Мессии и Гильдией Спасителя?]

[Кто сделает первый шаг к спасению мира?]

Она распространилась так быстро, что стало очевидно, что кто-то манипулирует средствами массовой информации. 

— Значит, Гильдия Мессии и Гильдия Спасителей соревнуются за семиэтажное подземелье, появившееся во Франции?

— Это действительно хороший конкурс, сделанный добросовестно.

— Да, я благодарен им за то, что они так соревнуются.

И публика, казалось, наслаждалась этим фактом.

Не было никаких причин не наслаждаться этим.

Теперь две гильдии, получившие наибольшую поддержку и любовь от мира, более активно конкурировали за спасение мира.

— Как вы думаете, кто выиграет тендер?

— Гильдия Мессии определенно имеет преимущество. Репутация, которую они создали до сих пор, находится на совершенно другом уровне.

— Я в этом не уверен. Гильдия Спасителей зачистила бы семиэтажное подземелье быстрее, не так ли?

В основном, все задавались вопросом, кто выйдет на первое место между двумя гильдиями.

Другими словами, это было большое событие, которое должно было быть хорошо воспринято.

Это буквально был ивент.

* * *

— Мы немного пострадали.

Событие, которое не произошло естественным путем, а было кем-то организовано.

— Пресс-служба Гильдии Мессии действительно проделала хорошую работу.

Осознав этот факт, подчиненный О Се-чана мог только смущенно почесать голову и пробормотать:

— Я не ожидал, что они будут так тайно готовиться. Похоже, на этот раз они действительно настроены решительно.

О Се-чан ответил просто.

— Это вопрос жизни и смерти, поэтому они, очевидно, будут непреклонны.

О Се-чан был спокоен, когда произносил эти слова.

Как он и сказал, вполне естественно, что у Гильдии Мессии не было другого выбора, кроме как сделать что-то подобное, и в их действиях не было никаких недостатков.

А так как кости уже были брошены, то ничего нельзя было поделать.

Поскольку это было так, лучше было думать о чем-то другом, а не о кубиках.

— Так это похоже на трюк?

Прежде всего, О Се-чан хотел знать, действительно ли Гильдия Мессии готова атаковать подземелье ранга А, появившееся во Франции.

— Мы все еще пытаемся это подтвердить, но, похоже, оно подлинное. Среди семиэтажных подземелий, которые появились до сих пор, подземелье ранга А во Франции является самым высокоранговым. Если только не появится семиэтажное подземелье ранга А+, маловероятно, что они поменяют цели.

И согласно их исследованиям, Гильдия Мессии действительно была полна решимости напасть на подземелье.

— Прежде всего, в этой ситуации разве команда, получившая право на атаку, не окажется на шаг впереди?

Это было потому, что оно того стоило.

В конце концов, внимание публики уже было приковано к этой конфронтации между Гильдией Мессии и Гильдией Спасителя.

И в такой ситуации ценность быть на шаг впереди других не могла быть выражена словами.

В настоящее время существовали бесчисленные державы и капиталисты, взвешивающие в данный момент ситуацию.

— Дело еще и в лице. Гильдия Мессии никогда не станет претендентом.

Что еще более важно, Гильдия Мессии была чемпионом.

Чемпион, у которого никогда не было соперников!

В такой ситуации не только появился претендент, но он даже нанес удар, так оставят ли они этого претендента в покое?

— Они не очень хорошие люди.

Более того, Гильдия Мессии была одной из тех, кто сделает все возможное, чтобы защитить свои ценности.

Выражения "радикальный" было недостаточно, чтобы описать их.

С точки зрения Гильдии Мессии, это была хорошая возможность для них растоптать Гильдию Спасителя.

— Они никогда не позволят этому легко закончиться.

Таким образом, они, естественно, столкнутся с Гильдией Спасителей со всей своей мощью.

— Ну, мы тоже не собирались позволить этому легко закончиться.

Конечно, Гильдия Спасителей тоже не собиралась оставаться на месте.

— А теперь давайте начнем лоббировать.

Вместе с этими словами О Се-чан, который только что поднялся со своего места, улыбнулся, как рыбак, который подтвердил, что рыба клюнула на его приманку.