От страха едва дыша, я зажмурилась и только шептала «Господи, спаси и сохрани!»

А потом случилось нечто ужасное. Яхта, не сумев забраться не вершину водяной стены, быстро накренилась и опрокинулась на бок. Раздался страшный грохот, плеск воды, рёв мотора, а ещё крики пассажиров. Мощная сила меня выдернула и швырнула с высоты, я плюхнулась на воду, ударилась очень больно и потеряла сознание.

Бу-бу-бу… пш-ш-ш-ш… Бу-бу-бу… пш-ш-ш-ш… Бульк, бульк…

Слух — первое чувство, которое просыпается во мне. Слышу, как неспешно набегают волны. Они шуршат, булькают, бормочут что-то. Становится так тепло, хорошо. Никуда не хочется уходить. Я понимаю, что лежу. Тактильные ощущения приходят следом. У меня мокрые ноги, они в воде. Их легонько колышут волны, а спине жарко почему-то.

Я открываю глаза. Прямо передо мной крошечный крабик. Заметил, как я посмотрела на него, вскинул маленькие клешни и, не отводя от моего лица взгляда своих глаз на антеннах, быстренько помчался дальше. Смотрю вперед. Белый-белый песок, ракушки, водоросли. Кажется, это пляж.

Встаю, и хотя голова немного кружится, осматриваю себя. Руки-ноги целы, на коже лишь несколько синяков и царапин. Но, слава Богу, никаких травм и ран нет. Я в том же, в чем была в тот момент, когда… И тут в памяти всплывает вчерашнее цунами. Теперь понимаю с ужасом: произошло кораблекрушение. Яхта «Изабелла» опрокинулась, а что было дальше… не знаю. Словно кто-то стёр запись в мозгу.

На мне короткие джинсовые шорты, сверху спасательный жилет и футболка. Под ними купальник, и больше ничего. Да, из личных вещей ещё цепочка с крестиком — подарок мамы на 16-летие. Другие украшения не ношу, а серёжки сняла перед поездкой, чтобы не потерять. Они, с маленькими изумрудами, остались мне в наследство от бабушки.

Я осматриваюсь вокруг. Пустынный пляж. Тянется в разные стороны на несколько километров. С левой стороны упирается в высокую скалу, она выдается в океан. С правой заворачивает. Впереди — тропические заросли. Огромные кокосовые пальмы шуршат большими листьями. Над головой — бездонное голубое небо и яркое солнце. «Надо бы зайти в тень, иначе получу ожог», — решаю и неспеша иду вперед.

Сажусь под пальму и осматриваюсь дальше. На берегу ни следа человеческого. Ни одной вещи, даже крошечного намёка на яхту «Изабелла». Мне становится одиноко. И ещё понимаю, как сильно хочу пить. Так что мне делать? Сначала пресную воду поискать, а потом попытаться понять, куда меня выбросило?

Решаю сначала как следует напиться. Если у меня начнётся обезвоживание, станет совсем нехорошо. Но углубляться в заросли не хочу. У меня нет обуви, могу порезать ноги об острые корни или листья. Потому иду в сторону скалы. Сама не знаю почему. Мне кажется: вдруг найдется тропинка в джунглях? Вдруг это берег Таиланда? И тогда дорожка приведет меня к местному поселению. Там я смогу добраться до полиции, они помогут вернуться в Пхукет, откуда мы вчера весёлой компанией забрались на борт яхты.

«А как же Надя?» — думаю, но стараюсь эту мысль отогнать. «Потом, всё потом. Сначала надо воду найти, иначе не выживу».

Шлёпаю дальше по пляжу, стараясь идти в тенистом месте. На открытом солнышке песок стал очень горячий, можно ошпариться.

До скалы остаётся метров сорок. Она отсюда кажется громадиной. Высокая, как десятиэтажный дом. «Вот если я смогу на неё забраться, то обязательно пойму, куда мне нужно идти дальше», — думаю и, пройдя ещё немного, останавливаюсь. Ну, и куда теперь? Прямо — скала, слева — океан, назад — там я была уже. Остаётся только направо, в заросли. Как же сильно не хочется туда забираться!

Осторожно ступая, делаю один шаг, другой, и вдруг…

— Эй! — раздается неподалеку молодой мужской голос. — Эй, вы! Да, я вам говорю, дамочка! Стойте!

«Дамочка?! Что за слово такое дурацкое?!» — моментально вспыхиваю, а следом в душе вскипает восторг: я не одна! И со мной разговаривают на родном русском языке!

Резко разворачиваюсь, делаю неловкий шаг и… с криком падаю на усыпанную листьями землю. Кажется, подвернула ступню, запутавшись в высохшей лиане. Усаживаюсь на землю, потираю ногу. Больно, аж слёзы из глаз.

Поднимаю голову: прямо надо мной возвышается высокий, 180 см примерно, широкоплечий, в белой рубашке с коротким рукавом молодой мужчина лет тридцати. Смотрит на меня и… улыбается. Но лица особо не вижу: за его спиной ярко светит солнце, потому передняя часть в густой тени, да плюс пальмы создают зеленый полусумрак.

— Я же говорил, стойте, — насмешливо замечает.

— И вам здравствуйте, — сжимаю губы. Мне больно, а он умничает!

— Очень больно? — участливо спрашивает.

— Переживу, — упрямо отвечаю. Резко встаю и, не сделав шага, тут же устремляюсь вниз. Мужчина резко выбрасывает передо мной руки, и я приземляюсь на них. Теперь вижу его лицо. Широкие скулы, ровный тонкий нос, немного крупные губы, тонкая кожа с однодневной щетиной. Гладко зачесанные назад темно-русые волосы. И глаза… Голубые, светлые, с задорными искорками.

«С корабля на бал», — первое, что приходит мне на ум.

Незнакомец садится рядом, протягивает руку к моей ноге. Инстинктивно одёргиваю. Ещё не хватало, чтобы меня тут щупал чужой мужик!

— Да не дёргайтесь вы так, дамочка, — говорит он, и я кривлю губы от гадливого ощущения. Терпеть не могу это мерзкое словцо. Откуда он его только притащил. Из пошлых романов начала ХХ века?

— Какая я вам дамочка?! — шиплю сквозь зубы. Мне ещё очень больно, но я ведь должна дать этому хаму понять, что просто так не сдамся.