– Дела? – спросила я Лукаса. – Что ты имеешь в виду?

– Мы исследуем паранормальные явления, – сухо произнес Уэс, словно об этом знают все.

– Ты имеешь в виду, охотники за привидениями? – Как только я это сказала, лицо Лукаса стало таким же пунцовым, как и в пятницу. Либо его смутил мой вопрос, либо он опасался реакции своих приятелей, если они узнают, как мы до этого встретились.

– Сейчас ты обедаешь со всей «УЖАСной» командой, – сказал Патрик.

«Шутишь?» – захотела я съязвить, но решила сдержаться.

– Это сокращение от «Научно-паранормальной организации Кентукки» [5] , – пояснил Уэс, взяв в руки чашку с шоколадным пудингом и указав им на меня, будто держал бокал с бренди. – Но знай, что я единственный проголосовал против этого названия.

– О, – сказала я, потому что «вау» показалось бы слишком язвительным, а они были мне нужны.

– Вот именно, – ответил Уэс, – мне больше импонировало название «Южные повелители беспокойных привидений и всего потустороннего», или «ЛОВКИЕ» [6] , если тебе угодно.

Я покорно кивнула. А что мне еще оставалось?

По крайней мере, сейчас слова Лукаса в библиотеке о сборе необходимой информации приобрели смысл. И то, что он исследовал паранормальные явления, подтвердило его заинтересованность не во мне, как я подумала сначала, а в «Молдавии».

Эта информация хоть и развеяла мои сомнения относительно адекватности Лукаса – и я вроде как влюблена в него, – сейчас он нервничал сильнее, чем раньше.

– Ну, да, – откашлялся он. – Нужно было сказать все еще в пятницу. Как я уже говорил, мне просто не хотелось… пугать тебя.

– Подожди-ка, – вмешалась Шарлотта. – Лукас, что происходит?

– Я недавно переехала сюда из Сент-Луиса, – объяснила я.

– Ага, – ответила она, хотя звучало это как «тоже мне новость».

– Да начнется схватка на когтях, – произнес Уэс низким монотонным голосом. – Скрежет зубов и отчаянные попытки побороть друг друга в отчаянной погоне за моим сердцем. – Он поднял руку, унизанную серебряными кольцами. – Дамы, не принимайте близко к сердцу, но я не настолько целомудрен, как вам могло показаться из-за моего прозвища.

– Заткнись, бро, – Патрик опустил руку Уэса. – Никому не нужна твоя жуткая задница.

– Она живет в «Молдавии», – произнес Лукас.

Улыбка почти исчезла с лица Уэса, Патрик посерьезнел, а лед в глазах Шарлотты сменился тревогой.

– Ты живешь в «Молдавии», – повторил Уэс, и его подведенные бледно-серые глаза впились в меня.

Этот момент показался мне подходящим, чтобы обратиться ко всем четверым сразу.

– Да. А теперь кто-нибудь, все равно кто, наконец, расскажет мне, что за история с моим домом?

– Что ты видела? – спросил Патрик, в то время как в глазах Шарлотты нарастало напряжение.

– Бадди Холли вернулся? – с этим вопросом Лукас откинулся на спинку стула, сложив свои изящные запястья на темном жилете в тонкую полоску, который был застегнут поверх классической рубашки белого цвета. Признаться честно, он выглядел шикарно.

– Его имя Зедок, – сказала я.

Передние ножки стула Лукаса с грохотом опустились на пол, и его очки перекосились.

Ложка Уэса с громким звяканьем упала на пол.

– Нет, – сказал Патрик. – У нас весь график забит. На неопределенное время. Жаль, что тебе не повезло. Нам жаль, что ты оказалась наедине с призраками.

– Шутник, – упрекнул его Лукас. И тут я поняла, что это очередное прозвище.

– Да ладно вам, – начала Шарлотта. – Она же издевается над нами.

Лукас нахмурился и посмотрел на меня, словно был уверен, что Шарлотта права.

Но мне было до потолка, что обо мне думала эта стайка фриков, особенно после такой реакции на мое появление. И так останется, пока кто-нибудь из них не начнет объяснять, что такого в моем доме.

– Что насчет имени Зед…

От Уэса послышалось предостерегающее шипение. Наморщившись и снова прошипев, он поднял палец.

– Что не так? – пожала я плечами.

– Имена таят в себе страшную силу, – поторопился ответить Уэс. – Произнести имя демона – значит призвать его.

– Демона? – Я уже официально начала сходить с ума, потому что во сне Эрик тоже сказал нечто подобное. Он не назвал Зедока демоном, но запретил произносить его имя.

– Уэс постоянно затирает про демонологию, – устало ответил Лукас. – Он думает, что любое привидение имеет демоническое происхождение.