Встречи в стиле сопливых фильмов не получилось. Объятия там, поцелуи, обещания больше никогда не расставаться. Скорее Леша готов был меня порвать на британский флаг. А может, и полностью кожу снять. Хотя стиль Рамси Болтона[1] Леше не подходит. Пусть лучше отшлепает.

В машине первым делом мой благоверный спросил:

— Может, вы наденете футболку?

Мы вроде наедине, так почему он продолжает вживаться в роль? Прямо по Станиславскому. Может, у Тани уроки брал?

Я только открыла рот, как Леша приложил палец к губам. Да ладно ему, даже обидно. Неужели считает меня полной идиоткой?

Футболку я все-таки натянула. Причем молча. Хотя такое длительное молчание плохо на мне сказывается. Я становлюсь агрессивной.

Когда мы отъехали от виноградников и сделали крутой поворот к городу, Леша спросил:

— Вам плохо?

— Да, — кивнула я, быстро сообразив. — Можете остановить где-нибудь на побережье? Мне надо подышать свежим воздухом.

Леша свернул с трассы и, проехав с километр, остановился почти на побережье. Оставалось только спуститься вниз, чтобы окунуть ножки в водичку. Но мы здесь явно не за этим.

Кстати, совсем безлюдное место. С одной стороны высокая полоса, которая уходит в море, будто закрывает этот участок, а с другой — вода подходила все ближе и ближе к погорку, с которого мы спустились.

В итоге получался такой каменный островок, совсем небольшой. И, кажется, рядом никакой цивилизации. Так что неудивительно, что здесь пусто.

— Ты ненормальная? — схватил меня Леша за руку.

— Это же был риторический вопрос? Ответ ты и так знаешь, — пожала я плечами.

— Ивонна, ты не понимаешь, куда лезешь!

— Так надо было объяснить, почему ты со мной развелся, а потом исчез, оставив Ботанику только координаты.

— Ты меня с ума сведешь!

Леша потер виски, а потом притянул меня к себе и поцеловал. Мамочки… Сколько лет уже целует, а коленки задрожали как в первый раз. Или это местность так сказывается?

Побережье, романтика, шум волн… Определенно пора снимать кино.

— Я скучал по тебе, — сказал Леша тихо и прижался к моему лбу своим. — Но тебе не стоило приезжать.

— Что ты здесь делаешь?

— Ивонна…

— Ты же не думал, что я буду сидеть дома и ждать от тебя весточки?

— Декабристка хренова! — снова обнял меня Леша и зарылся носом в мои волосы. — У тебя другой шампунь.

Вот не особо я сентиментальная и чувствительная — работа не позволяет расслабляться. Но сейчас в носу защипало. Это прозвучало круче, чем признание в любви. Память — это и есть наши чувства. Настоящие чувства.

Оглядываясь назад, на все смотришь трезвее и яснее. Когда нет гормонального всплеска, заполонившей все сознание влюбленности и желания обладать — что в принципе можно совместить три в одном.

— А в тебе все другое, — ответила я. — Только туалетная вода та, что мы вместе покупали.

— И чуть не убили друг друга, пока нашли то, что надо.

Да что за черт? Я готова разрыдаться от этих воспоминаний. В тот день я разбила вроде бы невзначай последний флакон парфюма, который понравился Леше, но не понравился мне. Он это понял и в следующем магазине зажал меня в примерочной. Думаю, все продавцы поняли, чем мы там занимались, но было… Остро, необычно, запретно.

— Ивонна, уезжай.

— Не могу. Я без тебя не уеду, — подняла голову и наткнулась на удивленный взгляд.

— Ты плачешь? — Леша будто не верил своим глазам.

— Поехали домой, — попросила я.

— Поедем, но не сейчас. Я почти… Черт, Ивонна, опять запрещенные приемы! — догадался мой благоверный. — Так, — взял он меня за плечи, — сейчас едем в гостиницу. И никому не говори, что мы виделись. Я напишу ночью, скажу, где мы встретимся. В машине устройство слежения и прослушка.

— Да поняла я.

— И если я тебя еще раз увижу с другим мужиком, да еще без футболки…

— Все ради дела, — возмутилась я. — Разве ты не тем же занимаешься?

Леша не ответил. Еще раз меня поцеловал, да с таким остервенением, будто прощался.

Так дело не пойдет.

Я его достану где угодно. Даже в ад спущусь и всех чертей распугаю…

Глава 12

Костик из больницы еще не вернулся, а Ботаник наверняка лазил по пещерам. Я же в номере завалилась на кровать — время для раздумий.

Леша ничего толкового не сказал, но ночью я его разговорю. Уж я-то знаю, как это сделать.