Обступившие меня люди торжественно взревели, будто приветствовали молодоженов на свадьбе, и расцвели широкими улыбками. Все, кроме одной. Даже не видя лица Астры я очень живо представил, как гнев и ненависть исказили ее миловидные черты. Как она наблюдает за нами с таким брезгливым видом, будто Линнея пожирает меня заживо. Но моя победа оказалась слишком громкой и невероятной, чтобы хоть кто-нибудь кроме меня заметил недовольство рыжеволосой аристократки. Людей сейчас больше заботило то, как я одолел Мэрака, а также то, какие последствия и перемены последуют за этим триумфом маленького воздушника.

— Ты болван! — Выдохнула с безумной улыбкой Линни, слегка отстраняясь, но все еще не размыкая рук. Ее мысли оказались заняты совсем иным, а потому она не думала о том, как мы выглядим со стороны, обе перепачканные моей кровью. — Я успела уже трижды с тобой проститься! Что о себе возомнил?!

Не утруждая себя ответом, я лишь устало улыбнулся и пожал плечами, не делая попыток высвободиться. И тогда она гневно выдохнула: «Дурак!» и снова жадно приникла к моим губам, наплевав на общество всех окружающих нас свидетелей.

И я снова не стал противиться ей. Старшая Дивита была из тех, кто привык получать желаемое здесь и сейчас, так что не стоило ее отвергать в такой деликатный для нее момент. Поэтому я просто смирно стоял в объятиях девушки, о которой мог мечтать, пожалуй, каждый мужчина империи, и смотрел вглубь своего внутреннего мира. Я изменился… очень изменился. Лед на мерзлом болоте в моей душе треснул и осыпался мелкой крошкой во тьму бездонной глубины. Пока что там ничего не было, но я понимал, что стоит мне немного отдохнуть и восстановить силы, как на том месте заполыхает жаркое пламя. Пламя, которое медленно, но упорно примется испепелять мертвый лес моей души. Только что я шагнул на следующую ступень. Я стал Магистром…

— Ваше Сиятельство! Ваше Сиятельство! Срочная депеша из Махи!

В покои Иилия Второго Солнечного, прямо посреди его высочайшей трапезы, ворвался посыльный с синим плюмажем фельдъегерского корпуса на шлеме. Оказавшись в дверях, посланник низко поклонился и замер. А когда дождался от монарха разрешающего кивка, то почтительно снял головной убор и строевым шагом прошествовал к накрытому столу. Припав на одно колено и опустив голову, он молвил:

— Ваше Сиятельство, Наместник Махи отправил меня со срочной вестью.

— Говори, — со слегка скучающим видом разрешил император. Из второго по величине города Исхироса в последний год шло слишком много невероятных слухов. Вряд ли хоть что-то могло еще удивить Иилия так же сильно, как известия об убийстве Хоурая Дивита.

— Мэрак Иматирос. Он пал в дуэли, сраженный Аколитом воздуха.

— Необычно, — сухо откомментировал правитель, даже не пытаясь припомнить, чем знаменит этот род, — но не более того. Кем был Иматирос по рангу?

— Магистром, Ваше Сиятельство. Он был Магистром огня.

— Хм-м… видимо, непокорная Искра совсем измотала бедолагу, если его одолел какой-то Аколит. Жаль, конечно, что империя потеряла еще одного потенциального Грандмастера…

— Ваше Сиятельство, молю простить меня, но это не так. Все свидетели поединка характеризуют Домина Иматирос как человека, вошедшего в рассвет силы.

— Тогда как он мог погибнуть? — Раздраженно дернул щекой Иилий.

— Аколит убил его молнией, Ваше Сиятельство…

— И насколько широко известия об этом происшествии разошлись по стране? — Император особо не изменился в лице, но те, кто знал его хоть немного, могли с уверенностью сказать, что монарх сейчас испытал сильнейшее потрясение. Просто маска невозмутимости, которую он носил в обществе придворных и дипломатических компаньонов, слишком сильно приросла к его личности.

— За их поединком наблюдали более сотни свидетелей, Ваше Сиятельство! — Дисциплинированно отчитался фельдъегерь, невольно преуменьшая ту бурную волну пересудов, которая кругами разошлась по всей провинции, стремительно двигаясь к ее границам. — Вот здесь подробный отчет наместника обо всех обстоятельствах, включая имена присутствующих при Поединке Жизни.

Посыльный, не поднимая головы, протянул изящный серебряный тубус, в котором находился почти метровый скрученный в тугую трубку свиток. Иилий Второй взял его и без лишних церемоний открутил крышку, вчитываясь в длинное послание из далекой провинции.

— Советника ко мне! — Грозно распорядился правитель, дочитав едва ли до середины, и обоих слуг, прислуживающих ему за обедом, моментально сдуло. — А ты можешь идти, доблестный вестник.

Фельдъегерь тут же поднялся на ноги, но не дерзнул разгибать спины. В таком полусогнутом виде он пятился до самых дверей, и только выйдя за порог позволил себе распрямиться. Император же толком и не обратил внимания на то, что остался один. Его целиком поглотило чтение, и каждая новая строка все ярче разжигала в глазах монарха ненасытное хищное пламя. Тот момент, когда в трапезную вошел советник, правитель тоже упустил, и смог вырваться в реальный мир лишь после того, как визитер вежливо дал знать о своем прибытии.