– Мы с ним сегодня поговорили. Расставили все точки.

– И?

– Все. Надо брать власть.

Ураган задумался. Сказать это было проще, чем сделать. Вот если б Пламенный подавился икрой или отравился поганкой, было бы проще. Но подобраться к нему нет возможности. Не уехала б жама Голубица, шансы были бы. А так...

Нереально.

– Что ты предлагаешь?

– У тебя хорошие отношения с Броневым.

– Да.

– Поговори с ним. Амнистия - вещь хорошая. На тебе Броневой и Подсолнух. На мне Радикал и Ферей. Если перетянем их на свою сторону, считай, сопротивления не будет.

Ураган ненадолго задумался.

– Допустим. Но есть еще Огненный. Есть Никон. Есть...

– С теми мы ничего не сделаем. Я назвал только подходящих.

Ураган прицельно положил три пули в центр мишени. Поменял руку. Положил еще две.

– Я поговорю. Но и пути отхода подготовлю.

– Для себя, - четко сказал Тигр.

Ураган поднял сначала одну бровь, потом вторую. Вот так раз?

Здесь и сейчас Тигр фактически полагался на слово Валежного и на милосердие императрицы. А вот как именно его сдержат победители?

Ой, вопрос...

Могут и в тюрьму посадить, и из страны выслать, и убить по-тихому... да что угодно могут!

– Ты ТАК уверен?

Тигр качнул головой.

– Не уверен. Но и бежать не хочу. Понимаешь, права не имею. Мы это начали, мы втянули в это безумие всю страну, мы обязаны его разделить. Что бы ни случилось. Ты можешь уехать, у тебя есть... кому ждать. А я останусь. Иначе это даже не подлость. Это хуже и грязнее всякой подлости.

– С чего тебя на красивые слова потянуло?

– Вообще не тянет. Но ты меня понял?

– Вполне. Что будем обещать?

Еще две пули легли в центр мишени.

– Амнистию. Должности. Сейчас прикинем, - задумался Тигр.

Явившийся в Звенигород Митя его порадовал. Но и озадачил. Так что... работать и только работать.

А если его обманывают...

Честно говоря, Тигр считал, что он немножко должен Яне. За смерть ее семьи.

И немножко должен Русине.

И... не хочет жить в другой стране в положении загнанной крысы.

Так что - к бою! И - до победы!

Ида, Свободные герцогства.

Тор Рессаль чувствовал себя великолепно. И смеем заметить, выглядел он также великолепно.

Полосатые брюки со штрипками, ботинки великолепной телячьей кожи и такой же ремень, шелковый жилет с узором в мелкую розочку, дорогой сюртук...

Его с радостью приняли бы в любом салоне.

Но сейчас тор Рессаль держал путь к дому Иды.

Букет роз в руке, улыбка на лице, изящная трость... Армандо чувствовал себя почти властелином мира. А еще...

Он загадал для себя.

Если сегодня его не примут, он договорится с ребятами Кривого. И пусть ему эту гордячку упакуют в лучшем виде. Деньги есть...

От клинка и ее шавка не спасет.

А вот чего он не ожидал, так это крепкого мужчины с военной выправкой, который открыл ему дверь особняка. Но не растерялся.

– Могу я видеть тору Иду?

– Вы кто такой, тор?
– без особой почтительности поинтересовался мужчина. А что? Видывали мы тех ламермурцев. Иных и постреливали...

Дохнут - как обычные жомы.

– Доложи ей, любезнейший, что тор Рессаль прибыл, - уже выкинул из головы слугу Армандо. Даже шляпу ему протянул. Ефрейтор Семенов едва ему в морду не дал.

Спасла тора только гражданская обстановка вокруг. Все ж они не на войне...

Понятно, и тут негодяя в морду можно, но лучше не в доме. Чтобы хозяйка потом не ругалась.

– Тор Рессаль?

– Да... ты что - остолбенел, что ли?

Армандо силком всунул мужчине шляпу в руки - и прошел в гостиную. Тора Ида была там, как он и рассчитывал. Сидела, играла во что-то с крестьянским мальчишкой. Второй, младший, устроился у нее на коленях. Довольны были по уши, все трое.

– Тора Ида, мое почтение.

На трех лицах сразу выразилось недовольство.

– Гав, - сказал Полкан. Ему тоже что-то не понравилось. Армандо только что плечами пожал. Его таким не смутить было. И протянул букет.

– Это для вас.

– Благодарю, тор.

– Что вы, тора Ида. Эти цветы ничтожны рядом с вашей красотой. Скажите, могу ли я пригласить вас на прогулку в парк?

Ида выдохнула.

Поймала взгляд ефрейтора Семенова, и расслабилась. Ей больше не нужно бояться. Ее защитят.