Мы сидели в трактире довольно-таки долго. Потанцевали под песни, которые нам играл Аллен (кстати, он купил новую лютню!), потом пришли еще трое музыкантов, и стало еще веселее. Потом поиграл я (на лютне Аллена), и был обсыпан монетами. И пока играл, смотрел, как Аллен пытается «окучить» мою девушку, а она хихикает и отмахивается от него ладошкой. Потом отказалась озвучить, какие именно скабрезности ей говорил этот негодяй. Только хихикала и краснела.

В общем — посидели мы как следует. Уже в Академии, когда я нес Соню на руках в ее комнату — ее развезло и она еле передвигала ноги — девушка мне сказала, что если я не сволочь, то останусь с ней этой ночью, так как ей может стать плохо и кто-то должен будет оказать помощь. Я оказался именно такой сволочью, и ограничился лишь тем, что раздел Соню, укладывая ее в постель (И убедился — насколько прекрасно сложена и ухожена моя подружка. Прекрасные формы!), и поставил возле кровати спасительный тазик — на тот случай, если пироги с олениной пожелают отправиться в самостоятельное эксклюзивное путешествие.

Уже влезая в свою постель, вспомнил что было сегодня вечером и невольно улыбнулся. Нет, все-таки такие «хождения в народ» мне гораздо ближе, чем балы и светские мероприятия. Эти люди — грубые, потные, воняющие дымом очагов и корабельной смолой мне гораздо ближе, чем лощеные, обученные манерам аристократы. Мне с этими мужланами хорошо. Может потому, что я и сам такой мужлан?

Впрочем — есть исключения из правил. Соня совсем не выглядела рафинированной аристократкой. Веселая, не падающая в обморок от грубых солдатских шуток, умненькая и заводная она мне нравилась все больше и больше. Ей-богу, если бы мне пришлось выбирать себе подружку из тех, кого знаю — точно бы выбрал Соньку. Потрясающая смесь невинности и…порока. Эдакий ангел-чертенок.

Нравится она мне, точно. Насчет любви — нет ничего такого, но…я бы ей отдался. Хе хе хе…

С этими жизнеутверждающими мыслями я и уснул.

Бум! Бум! Бум!

С кряхтеньем поднимаюсь с кровати, хватаюсь за голову. Так-то этот организм крепок на алкоголь, подпоить меня трудно, но…потом болею. Проверено. Кстати — точно так же было и с моим настоящим телом, в земном мире.

В общем — голова трещит, и чувствуется «общая недостаточность» организма. Сейчас бы пивка — поправить здоровье. Или полечиться, выйдя из тела. Но какое там теперь полечиться? Вон как барабанят, чуть дверь с петель не сносят!

— Кто там? — спрашиваю у призраков, и Хенель тут же мне отвечает:

— Хельга и Фелна.

Встаю, как есть, в трусах, бреду к двери, почесывая живот. Открываю, и тут же меня кружит вихрь, состоящий из двух разъяренных девиц:

— Валяешься?! Дрыхнешь?! А там Соне плохо! Скорее!

Сон как рукой снимает. В душ само собой не иду — не до того, натягиваю штаны, рубаху, сандалии, не очень заботясь о том, как буду выглядеть, и следом за девушками бегу по коридору.

В комнате Сони толпятся три лекаря — во главе с самим заведующим кафедрой медицины. Завкафедрой держит Соню за руку, а двое других медиков таращатся на него так, как если бы ожидали откровения от Мессии. Мастер медицины отпустил руку, мягко упавшую на кровать, и пожав плечами сказал:

— Алкоголь, и очень похоже на отравление чем-то…другим. Каким-то слабым ядом. Вернее — наркотиком. Где она вчера пила?

— В трактире — мрачно сказал я, разглядывая бледное лицо Сони. Девушка лежала без сознания.

— В трактире — задумчиво протянул завкафедрой — Судя по всему, курсант Син, пила она вместе с вами. И что можете сказать по этому поводу?

— Что я могу сказать? Да ничего! — раздраженно бросил я, и тут же спохватился — Извините. Пили вино и пиво, совсем немного. Ее развезло — я думал, это от того, что объем тела у нее небольшой. Отнес в постель, уложил. Вот и все.

— Вот и все… — глубокомысленно и совсем ниочем повторил лекарь, и вдруг остро взглянул на меня — Это вы ее раздели?

— Я. А что такого? У нас с ней ничего не было! Она вообще-то девственница!

— Ну-ну… — снова протянул доктор — Знаете, ощущение такое, что ей подмешали какую-то дрянь наподобие тех, что…хмм…увеличивают желание у женщин и мужчин. Есть у меня уверенность, что так все и случилось. Бывали в моей практике такие случаи, и здесь все похоже. А кроме того…аура указывает на подобную возможность. Это не ваших рук дело?

— Что?! — у меня даже дыхание перехватило — Какая, к демонам дрянь?! У меня даже мысли не было! И кстати — если я не воспользовался ее беспомощным положением, зачем тогда подсыпал эту пакость? Логика-то есть?!

— Может — кто-то помешал? — не глядя на меня спросил доктор, не обращаясь ни к кому конкретно. И тут вмешаласьФелна:

— Магистр! Вы что такое говорите?! Сину не было никакой необходимости использовать такие средства! Ему достаточно только пальцем поманить! И она была бы с ним! Вы что, не знаете что практически все девушки Академии влюблены в Сина?

— Вот как?! — доктор искренне удивился, с интересом посмотрел на меня, и в его глазах вдруг появилось что-то странное, какое-то…узнавание! Он нахмурил брови, помотал головой и ничего больше не сказал. А у меня в животе похолодело. Неужели вспомнил? Неужели догадался? Да чушь это все. На прямые обвинения у него ничего нет! А догадками сыт не будешь.

— Каково ее состояние? — вернулся я к самому актуальному.

— Стабильное. Слабость, язык заплетается — говорить не может — пояснил один из лекарей и посмотрел на меня — Когда очнулась, звала…Пета. «Пет…спаси меня!» Видимо, тебя звала.