– Всё в порядке, милая. Мы пойдём осмотримся тут, – благодушно сказал отец. – Увидимся позже.

И оба оборотня-волка вошли в школу.

– А теперь выкладывай – что ты им про меня рассказала? – насел я на Тикаани, а Лу навострила уши.

Но белая волчица удостоила нас только привычным мрачным взглядом и спросила:

– Вы Нелл не видели? Она должна тут со мной заступить на дежурство. Мыши вообще времени не чувствуют.

– Ещё как чувствуют! – резко возразила Нелл, присоединяясь к нам.

Мы с Лу оставили их на посту, а сами немного посмотрели шоу пернатых – у нас в школе училось много хищных птиц, одна сорока и близнецы-вороны.

– Какие рискованные трюки, – сказала Лу, когда наши товарищи после полёта строем продемонстрировали несколько воздушных битв и головокружительных пикирований.

– Да они же всю неделю тренировались, – пожал плечами я. Сокол, орёл и сова как раз показывали инсценировку погони и пролетели очень низко над публикой.

Потом я простился с Лу и, протискиваясь сквозь толпу оборотней, направился в кабинет борьбы: там и мне скоро предстояло участвовать в шоу.

Сегодня у нас в школе и правда было на что посмотреть! От шведского стола доносились запахи котлет, сырных печений, пиццы и – фу! – овощного пирога. В каждом учебном кабинете гостей ждали представления или выставки, а в актовом зале показывали театральную постановку, где волчья стая и Виола разыгрывали сказку про волка и семерых козлят, которую они отрепетировали под руководством миссис Паркер, нашей учительницы звероведения и изобразительного искусства. Просто на этот раз актёрам пришлось поменяться ролями – потому что у нас в школе была только одна коза, зато достаточно волков. История о злой козе и трёх маленьких волчатах получилась гораздо смешнее оригинала, а наш малыш Миро был крайне горд, что и ему тоже позволили принять участие в спектакле.

Только вот Джефри – тёмно-серый восточный волк – особой радости от своей роли не испытывал. На шее у него был слюнявчик, а на лапах – носочки. – Браво, ты настоящая звезда! – крикнул я ему и бешено зааплодировал.

Джефри оскалился и зарычал. Но его клыки меня не слишком напугали – а вот ледяной взгляд заставил содрогнуться. Он напомнил мне, что Джефри шпионит за мной по поручению Эндрю Миллинга и незамедлительно докладывает ему обо всех моих действиях. Кто знает, как далеко зайдёт волчья стая, поддерживая Миллинга… Мисс Кристалл, правда, имела с ними серьёзный разговор, но я очень сомневаюсь, что волки её послушают.

Во внутреннем дворе школы мистер Бриджер демонстрировал приемы поведения в особых ситуациях, и Холли была назначена к нему помощницей. Публика весело смеялась, потому что наш учитель подготовил поучительную ролевую игру: оборотни-родители по очереди исполняли роль дикого зверя, а Холли и ещё несколько учеников изображали нахальных туристов Йеллоустонского заповедника.

– Я подойду поближе, классная фотка получится! – крикнула Холли, опасно приблизившись к отцу Лероя, нашего оборотня-скунса, и нацелив на него фотоаппарат.

– Привет, вонючка, пожрать хочешь? – Дориан, оборотень-кот, притворился, что собирается кормить скунса чипсами.

Отцу Лероя удалось справиться с нервами, он вёл себя просто образцово – примерно попозировал для фото, а потом с достоинством удалился.

Переодеваться для представления мне нужно лишь через десять минут, так что можно ещё что-нибудь посмотреть. В кабинете номер три родители могли поучиться у мистера Элвуда искусству превращения. Многие не преминули воспользоваться этим предложением и старательно выполняли все задания. Я заглянул в приоткрытую дверь. Отец Берты как раз пытался принять звериный облик, но потерпел неудачу:

верхняя часть его грузного тела осталась человеческой, а внизу торчала мохнатая задница гризли.

– Да, вряд ли я в таком виде помещусь на унитазе, – пробормотал он с сомнением.

– Не волнуйтесь. – Мистер Элвуд, как обычно в безупречно отутюженном коричневом костюме, был как всегда крайне терпелив с новичками. – Постарайтесь сосредоточиться на зуде, который вы ощущаете, когда думаете о вашем зверином облике. Вы же чувствуете зуд, верно?

– Э-э-э, чувствую, но я думал, что это блохи. – И отец Берты украдкой почесал то место, которое обычно скрывали брюки.

– Извините, вы не могли бы нам помочь? – Рядом со мной в дверях стояла незнакомая родительская пара: женщина в платье и туфлях на высоких каблуках, с уложенными в безупречную причёску волнистыми каштановыми волосами, и широкоплечий мужчина в пиджаке и галстуке. Казалось, они здесь не в своей тарелке. – Мы ищем Брэндона Хершеля. Вы его, случайно, не видели?

Родители Брэндона! Я принялся украдкой их разглядывать. Брэндон рассказывал, что отец у него адвокат, а мать владеет салоном красоты. И бизоньего в них ничего не ощущалось. Но я чувствовал, что они оборотни, причём оба! Жаль, что они отказывались принять этот факт.