– Да ешь. Разве я против? Я же тебе даже карточку отдал. Просто три – это слишком, на мой взгляд. У тебя же ещё наличные есть.

– Может, пора успокоиться по этому поводу? – прервал обоих Ллойд, – Ты же не хочешь, чтобы про нас подумали, что мы идиоты?

– Да кто слышит-то? Самописец? – не беспокоился по этому поводу командир.

– Вдруг его прослушают.

– От нечего делать?

– Мало ли, всё-таки чужой самолёт.

– Ну, тебя-то за идиота вряд ли примут, ты же молчишь, – хотел успокоить приятеля Крайн.

– Во-во, молчу и не предпринимаю никаких мер, чтобы прекратить этот балаган, – не успокоился тот.

– Это не повод держать тебя за дурака. Как же ты заткнёшь командира?

– Да я!.. – Ллойд рассердился.

– Ллойд, Ллойд, тихо. Ты чего это? – Крайн не видел его таким со дня юмора, в который они поссорились из-за бутылки сока.

– Видно, прав координатор был, говоря, что среди пилотов нынче полно психопатов, – прокомментировал ситуацию Мэтьюз, – Вы бы отдали мне ключи от оружейного сейфа.

Ллойд промолчал.

– Не будем отвлекаться от работы, – притих и командир.

Через некоторое время в кабину зашёл Дэвид и предложил ему подмениться.

– Я не могу. Я должен остаться на рабочем месте, – не согласился Крайн.

– Почему?

– Я объясню, но позже.

В разговор вступил Мэтьюз: «А я поменялся бы… Я пошёл», – он вышел из кабины, не дожидаясь разрешения Крайна. Рядом с кабиной находилось помещение со столом и скамьями возле него; вдоль задней стенки располагалась лежанка, переднюю стенку полностью закрывал стенной шкаф. В ней сидел только совершенно неизвестный Мэту русый парнишка в жилетке.

– Тут самообслуживание или как? Всё равно как. Я люблю самообслуживание, – Мэт сел на скамью, вытянув ноги по все её длине, и достал из-за пазухи сложенный листок, – Я и меню-то ещё не читал.

В помещение заглянул Дэвид: «Угости наших гостей кофе», – велел он русому и занял место на скамье, когда тот освободил её. В кабине: Ллойд обратил внимание Крайна на то, что к ним робко просится проводник.

– И чего ему надо? – командир не хотел никого впускать.

– Да чего-то надо. Не пойму, чего, – прислушался к словам пацана, звучащих в наушниках, помощник. Тот изъяснялся невнятно.

– Эх. Ну, пусть заходит. Впусти его, – разрешил Крайн. Ллойд задумчиво посмотрел на приборы, не собираясь вставать с места: «Как?»

– Тут где-то кнопка есть, как в автобусе.

Помощник нажал на какую-то: «Надеюсь, я не хвостовой люк открыл… Заходи, давай», – позвал он проводника. Тот несмело зашёл в кабину. Очевидно, его взяли на работу совсем недавно. Командир повернулся к нему: «Ну, чего хотел?»

– Да я вот тут… тут вот… Как бы сказать?.. – попытался объяснить вошедший, – Первый раз в рейс взяли.

– А до этого никак не брали?

– Нет… Потому что я вот только недавно всё сдал и…

– Металлолом или стеклотару?

– Да нет.

– Макулатуру?

– …Нет…

– Ладно, я понял. Ближе к делу, зачем пришёл? – перестал шутить Крайн.

– Ну, так положено… Положено кофе… вам… Принести? – спросил русый.

– А почему только кофе? – оглянулся на него Ллойд. Пацан не находил, что ответить: «Ну, потому что то положено, а то не положено».

– Я, может, мороженое хочу, и чтобы было три порции положено.

– Ллойд, ну, что ты? Видишь, человек волнуется, – шутливо прервал несерьёзные возмущения приятеля командир.

– Я тоже волнуюсь, – отвернулся тот.

– Так вот, мне сказали, надо принести вам, – вернулся к разговору с Крайном проводник.

– Нам не надо, – отказался тот.

– Да вы понимаете, если я не принесу, меня отсюда попросят.

– Ну, ладно, неси, – пошёл навстречу командир, – Ему. Мне не надо. Ллойд, возьмёшь кофе, ну?

– Только ради того, чтобы его не попросили, – нехотя согласился помощник.

– Только вот… – была ещё какая-то проблема у русого.

– Что? – продолжал терпеливо слушать его Крайн.

– Да такое дело… Надо на подносе нести и…

– Ну, неси на подносе.

– Так, а такое дело… Дело-то в том, что у меня руки дрожат, – признался парниша и предупредил, – Я опрокинуть могу. Вы не рассердитесь? Пожалуйста.

– Эх. Ну, неси. Постараюсь не рассердиться.

– Хорошо, – проводник вышел за дверь. Ллойд вздохнул: «Надеюсь, дело ограничится только кофе, и он нас больше не побеспокоит».