– А мне рассказывали, что она повесилась, – пожал плечами Саша. – Мальчишки всякое выдумывают. Правду знают всего пару девчонок постарше, да брат Кати – Антон. Но он разве кому что-либо расскажет?

– Да, на его месте я бы тоже ничего не стал говорить, – сказал Стас, допивая третий стакан молока – Гена и Саша от своей порции отказались.

На этом их разговор о Кати Ивановой завершился. Но Дима все никак не мог выбросить ее из головы. В фильмах ужасов, которые он изредка смотрел наперекор желанию родителей, говорилось, что призраки приходят к живым лишь в том случае, если у них остались незавершенные дела на земле. А раз так, ему очень хотелось помочь Кати обрести покой. Кто знает, может в знак благодарности, она передаст ему какое-то сообщение от его мамы и папы? Это было бы здорово!

Долго в дверях библиотеки ему не пришлось стоять. Сзади к нему подошла Тамара Григорьевна и уже знакомым приказным голосом сказала:

– Степин, идем со мной. К тебе пришли.

Дима не имел понятия, кто мог быть его визитером, но ему очень хотелось верить, что это тетя Света. Вдруг она все же передумала и решила его забрать в свою семью?

Они вышли на улицу и направились к одинокой лавочке, находящейся в тени желтеющего клена. Там уже сидел кто-то. Мужчина. На вид моложе его отца, но уже далеко не дитя. Его щеки и подбородок были покрыты жиденькой порослью. Дима понятие не имел, кто это мог быть. Вначале он даже решил, что бородач случайно повстречался на их пути, а Тамара Григорьевна вела его в другое место. Но его предположение не оправдалось.

– Это и есть Дмитрий? – спросил мужчина, встречая его кроткой улыбкой, не обращаясь напрямую к замдиректора.

– Да. Дмитрий, поздоровайся с неофитом Михаилом.

Дима понятие не имел кто такие «неофиты», зато знал наверняка, что ему совершенно не хочется знакомиться с этим самым Михаилом. И все же, в виду своей хорошей воспитанности, он пожал протянутую руку.

– Будь добр, присядь рядом. – Неофит Михаил указал рукой на свободное место на лавочке.

Тамара Григорьевна молча покинула их. Диме не нравился замдиректора, а потому он был рад, что она удалилась. Но он понятие не имел, как ему относиться к этому молодому бородатому мужчине, который хотел с ним о чем-то поговорить. Дима присел на лавку и уставился на здание детдома, которое возвышалось перед ними. Его новый знакомый не торопился продолжить разговор, предпочтя глядеть по сторонам.

Около минуты они не произнесли ни единого слова, и это Диму даже устраивало, но неофит все же нарушил молчание:

– Ты знаешь, что данное здание принадлежала очень богатому семейству во времена царской Руси? – Дима не ответил, и Михаил продолжил: – Здесь жили две сестры-дворянки. Говорят, они были близняшками. Когда началась Октябрьская революция, они лично отказались от всех своих владений, но настояли на том, чтобы их усадьба превратилась в дом для сироток. Ты можешь представить такое, чтобы кто-то в наше время отказался от богатства в пользу нуждающимся?

Дима, зажав ладони между коленками, пожал плечами.

– В нашем мире много добрых людей. Гораздо больше, чем мы можем представить. В большинстве своем они все богаты. Не материально – духовно. Ты веришь в Бога, Дмитрий?

Дима предпочел вновь пожать плечами. Его родители не были верующими, хотя на Пасху всегда посещали церковь. Мама готовила пышные куличи и красила яйца, после чего вместе с отцом они просыпались ни свет ни заря и шли в церковь их святить. Дима только однажды был в церкви вместе с ними – два года назад. Было интересно, но и очень тягостно – пришлось долго стоять в очереди и бороться из последних сил со сном.

– Сам я пришел к Богу недавно. И я рад, что нашлись люди, которые направили меня к Нему.

– Зачем вы мне это говорите? – наконец решился на вопрос Дима.

– Просто я был таким же, как и ты: потерял своих родителей в семилетнем возрасте и прожил в этом приюте до восемнадцати лет, – ответил ему Михаил своим спокойным голосом. – Затем целых два года я беспризорничал и занимался плохими делами. Мне стыдно за те годы моей жизни. И, тем не менее, я знаю, что Господь посылает нам разные испытания. Важно выстоять и найти правильный путь. – Михаил повернулся к своей сумке и достал из нее небольшой томик Нового завета. – Вот, держи.

Дима с неохотой принял подарок. Читать библию у него не было ни малейшего желания.

– В ней, я надеюсь, ты сможешь найти некоторые ответы на свои вопросы.

«К примеру, почему мои родители погибли?!» захотелось ему прокричать, после чего швырнуть книжку подальше.

– Помни, в тебе горит свет, как и в каждом ребенке. С годами он начинает угасать. Ты главное, не дай ему потухнуть.

Между ними снова прокралась тишина. Но в этот раз уже Дима решился задать вопрос:

– Как давно вы покинули приют?

– Ну, это лет пять назад. Может чуть больше.

– А вы слышали про Катю Иванову?

– Про Катю? – нахмурил задумчиво брови неофит. – Что-то не припомню…хотя, это не та девочка, которая умерла? Бедный ребенок. Теперь она нашла покой в объятьях Господа нашего.

– Как…это произошло?

– Насколько мне известно, у нее случился анафилактический шок. У нее была аллергия на некий лекарственный препарат.

«Теперь понятно, почему мальчишки придумывали разные версии. Правду просто сложно выговорить – анафилика…что-то там».