Стайл был совершенно сбит с толку.

— Но мои мотивы и вовсе просты. Ты постоянно пытаешься умертвить меня в обоих мирах — на Протоне и на Фазе, ты убила мою альтернативную сущность, оставив Голубую Леди беззащитной, попыталась убыть меня и убила моего друга Халка. Эти два убийства — вот мои мотивы. Я дал клятву отомстить тебе, и ты должна заплатить по счету.

Она состроила кислую мину.

— Ты хочешь сказать, что у меня не было повода преследовать тебя, что между нами ничто не стояло, пока я не начала действовать в свою защиту?

— Насколько мне известно, — сказал Стайл, — мой двойник из Голубого Замка ничего не имел против тебя. Его вдова — пока еще не моя жена — не знала, кто послал голема-убийцу, она не имела ни малейшего представления, что за Недруг у ее покойного мужа. А что касается меня, то я никогда бы не проник за Занавес, не умри Голубой Адепт, и никогда не бросил бы свою профессию жокея на Протоне, если бы мои колени не были искалечены. — Он помолчал. — А почему ты повредила только колени, но не снесла голову с плеч? Ведь меня мертвого ты бы перестала бояться.

— Лазерная машина, которой я воспользовалась во время состязания, не была запрограммирована на убийство, — сказала Красная с отвращением. — Граждане терпеть не могут фатальных исходов, поэтому все машины, которые могут принести смерть, снабжены цепями-предохранителям. Вот почему мне было легче прострелить лазерам тончайшее сухожилие, чем убить человека, который опытен и осторожен. Я намеревалась для начала лишь слегка поранить тебя, просто чтобы вывести из строя, пока буду действовать на Фазе, а затем, уже встретившись лично, убить тебя, когда ты будешь лишен защиты Граждан. Я выполнила бы свой план, но мне постоянно мешал робот.

— Да, — кивнул Стайл, — а кто послал робота?

— Этого я не знаю, — ответила Красная. — Я думала, знаешь ты. Робот-охранник не входил в мои планы. Если бы я прознала о нем с самого начала, я бы кое-что изменила. Вообще мне казалось, что Голубого Адепта на Фазе уничтожить труднее, чем тебя, а получилось наоборот.

Не совсем разумное предположение! Из таких ложных допусков погибали целые империи.

— И все же остается много неясностей, — сказал Стайл. — Кто-то знал о моей миссии и действовал, чтобы помочь мне и защитить. Какими бы врагами мы ни были, все же нам с тобой надо выяснить, кто этот анонимный подстрекатель или защитник? Есть ли у тебя недруг, кроме меня, который мог бы быть обозначен словом «голубое». Пусть не Адепт, пусть кто-то другой. Ведь ты действительно могла неправильно истолковать пророчество Оракула, поскольку я совершенно ни при чем. Теперь «голубое» и вправду разрушит «красное», но это только потому, что не может быть прощения убийце двоих неповинных людей. Однако всего этого могло бы не быть, если бы Оракул не настроил тебя против меня.

— Неизвестный недруг, натравивший «красное» на «голубое»! — воскликнула она. — Как же я была глупа! Я досконально не узнала, кто мой враг, а лишь беспокоилась, как сложится моя судьба через два месяца. Оракул вывел меня на ложный путь!

— Да, я думаю, что это так, — сказал Стайл. — Теперь и тебе, и мне ясно, что у нас есть общий враг. Давай заключим соглашение: тот, кто выйдет живым из нашего предстоящего поединка, должен отыскать его и обезвредить, чтобы он больше не натравливал Адептов друг на друга.

— Согласна! — вскричала Красная Колдунья. — Мы оба погрязли во всей этой лжи и должны заплатить своей кровью. Но подстрекатель не должен улизнуть от возмездия!

— Может ли он быть Адептом? — спросил Стайл. Он был настороже, но надеялся, что, пока разговор для обоих представляет интерес, нападения не будет. Он во что бы то ни стало хотел узнать, что за силы действуют против него в течение такого долгого времени, ему нужна была правда. — Итак, Адепт ли тот, кто натравил тебя на меня?

— Что-то непохоже. Почти все Адепты не могут проникать за Занавес. Я долго и тяжело трудилась, прежде чем научилась атому. Я все устроила так, чтобы мое альтернативное "я" на Протоне сгинуло прежде, чем я пересеку черту и займу его место. Я надеялась стать наследницей нашей матери-Гражданки. Но наследницей стала другая, приемная дочь, а мне предстояли тренировки для участия в Турнире, чтобы получить статус.

Стайл ужаснулся ее методам устраивать свои дела, но не подал виду. Ее манера упреждать удары, не разобравшись и не убедившись в их реальности, стала для него очевидной. Вот почему она напала на Голубого Адепта. Возможно, ее "я" на Протоне замыслило сделать то же самое с Красной. И возможно, сейчас Красная пыталась сбить Стайла с толку, чтобы получить преимущество.

— Значит, ты прошла все раунды на Турнире?

— Почти… Я — блестящий игрок, а ты мой самый сильный оппонент на Протоне.

— А какая у тебя ступень?

— Я не входила ни в какие списки. Я тренировалась индивидуально во владениях моей матери с Протона.

— Так… Возможно, Оракул имел в виду, что я одержу над тобой победу в Турнире и это разрушит твой статус Гражданки Протона? — размышлял вслух Стайл. — Но у меня в запасе было еще три года, и в этом году я мог и не участвовать.

— Оракул ввел меня в заблуждение во многих смыслах, — ответила Красная.

Как прав был Стайл, применяя осторожный подход к толкованию предсказаний! И все же зло, нанесенное Оракулом, объяснялось тем, что они неправильно растолковали его ответы, и это кому-то сыграло на руку. Но каким хитроумным был замысел!