— Тогда я скажу, что хотел получить ту великую власть, которую даст мне союз с воплощением Природы. Мы с тобой вместе способны изменить равновесие в сторону Зла, и мой Враг не восторжествует в последний момент. Не будет того кризиса власти, в разрешении которого должна сыграть большую роль твоя родственница Луна, ибо к тому времени победа уже будет за мной.

— Луна! И ты хочешь, чтобы я ее предала?

— Объединись со мной, и Зло не коснется ни ее, ни тех, кого ты решишь взять под свою защиту.

— Но Сатане нельзя доверять!

Нат протянул ей правую руку:

— Сделай надрез, и я поклянусь своей кровью. Я принесу любую клятву, какую ты пожелаешь. Такую, которой ты сможешь поверить.

Орб в ужасе уставилась на Наташу — теперь он ее убедил.

— Так ты действительно Сатана, и ты сделал все это ради власти?

— Ради любви и власти. Да, это так.

— Уходи, — просто сказала Орб.

Нат исчез.

После его ухода Орб еще долго неподвижно сидела на берегу острова и глядела на волны. Небо постепенно затянуло серыми тучами. В мире воцарилось безмолвие. Поверхность океана тоже стала серой и гладкой, как стекло. Даже воздух казался серым.

Наконец Орб нарушила тишину. Она запела Ночную Песнь, и на землю упала тьма — неосязаемая, гнетущая, беспросветная. Остров, небо и океан дрожали от сильнейшей магии Ллано. Продолжая петь, Орб увеличилась и увидела, что тьма окутала весь земной шар. И такой же беспросветный мрак царил у нее в сердце.

Но и это показалось Орб недостаточным. Она переживала крушение любви, ей было так плохо, что хуже и не бывает. Нат обманул ее решительно во всем, и печаль не могла выразить обуревавших ее чувств. Как хитро были спланированы все эти видения, как ловко он воспользовался ее простодушием! «Разве ты не видишь, что она любит тебя!» — сказал тогда лже-Мима Наташе, а она еще доказывала, что их роман остался в прошлом, доказывала Сатане! Он направлял ее чувства, заставлял плясать под свою дудку! Нет, печаль тут ни при чем, самое подходящее чувство — не печаль, а гнев! Что бы такое натворить, чтобы дать выход своей ярости?

Орб снова обратилась к Ллано и почувствовала, что самая сильная тема — это Песнь Хаоса, Запретная Песнь. Не помня себя от гнева, она запела эту Песнь, и во всем мире начались какие-то непонятные процессы. Страсть придавала пению Орб еще большую силу, но смысл происходящего ускользал от нее. Она просто дала наконец выход тем чувствам, которые Сатана вызвал у нее своими разоблачениями.

Призванные ею силы привели в движение все пять Стихий — Воды, Воздуха, Огня, Земли и Пустоты. Но ничего не случилось, по крайней мере сразу. На поверхность океана снова легла легкая рябь, да солнце стало светить чуть поярче — вот и все.

Орб была разочарована. Она дала выход гневу, применив свое самое страшное оружие, и все это впустую!

Жара усиливалась. Над водой поднимался пар. Орб стало неуютно на влажном, жарком островке, и она перелистнула страницу, чтобы вернуться в Чистилище.

Эрос все еще дожидался ее. Он был предельно мрачен.

— Что случилось? — спросила Орб.

— Зря вы призвали Силы Хаоса, — ответил юноша. — Трудно будет выпутаться из этой ситуации.

— Ну и наплевать! — воскликнула Орб. — Сатана сыграл со мной чертовски скверную шутку! Могу я разозлиться, в конце концов!

— Разозлиться-то можете, но это не дает вам права призывать на Землю Хаос. Этот процесс никак нельзя остановить.

— Вот и хорошо! Я и не желаю его останавливать! Я еще покажу…

— Это безответственно… — начал было Эрос, но Орб уже перевернула страницу и вернулась к Ионе.

Гастроли уже закончились. Музыканты ждали только, когда Орб станет Природой. Тогда они тоже разойдутся в разные стороны и начнут новую жизнь. Первой Орб заметила Иезавель.

— Ты вернулась! Ну как?

Орб тяжело вздохнула:

— Я стала Геей и поговорила с Натом. Ужасно. Он…

И тут Орб зарыдала. Иезавель обняла ее за плечи. Орб даже не подумала о том, как это странно смотрится — демон утешает рыдающую инкарнацию Природы. Ей просто нужна была чья-то поддержка.

Когда Орб немного успокоилась, все уже собрались вокруг нее.

— Наташа — Сатана, — выдавила она убитым голосом. — Все доказательства были ложью. Он хочет, чтобы я помогала ему творить Зло.

— Но ведь он трогал мой крестик! — возразила Бетси.

— Это было видение. На самом деле он ничего не трогал, нам это приснилось.

— Демоны не спят! — возразила Иезавель.

В голове Орб как будто что-то щелкнуло.

— Это был сон! — воскликнула она. — И танцующие скелеты, и крест, и гимн, и все остальное! А Иезавель никогда не спит! Неудивительно, что она ничего не помнила! Если бы только я вняла этому предупреждению!

— Ты хочешь сказать, что ее тогда здесь не было?

— Конечно, меня здесь не было! — сказала Иезавель. — С тех пор я уже поняла, о чем вы говорите — у всех вас было какое-то приключение, в котором я не участвовала. Но я не подумала о Сатане — о том, что именно он все подстроил. Я подвела тебя, Орб!