Конечно, я был отбитым ублюдком. Но даже моих мозгов хватило, чтобы выкупить этот сарказм. К тому же, Галька спалилась, оскалив зубы.

— Стоять! — сказал я. — Компенсацию, говоришь? Может тебя прямо тут при друзьях, компенсировать?

— О, Марк! Не надо так злиться. От твоего зла одни проблемы, — сказал Рома.

— Заткнись! — шикнул на него. — Твой очкастый петух должен сам отвечать.

На сей раз Джонни Проктор не парился. Он вышел немного вперёд, поправил очки и надменно взглянул на меня.

— Лесовский, чего тебе надо? Не умеешь управлять техникой, так и скажи! Я уже все пояснил. Будешь ругаться дальше, получишь. Я устал от твоих выходок, ясно?

Вот это поворот. Жалкий очкарик решил слегка быкануть. Что ж, земля ему пухом. Несмотря на все, что случилось, я ещё могу дать по щам.

— Аха-ха, получу? Отлично, ещё распишусь! А ну иди сюда, крыса складская! — воскликнул я, представляя, как надеру этому дятлу зад.

Видя мою решимость, Джонни Проктор отскочил прочь. Но тут же выпрямил спину и выхватил чёртову волшебную палочку.

Хах, вот это прикол! Ничего, мои черные потоки сломают этого выродка. Я улыбнулся, видя, как дурачок готовится к бою. Сам выставил руку, чтоб долбануть по троице выскочек. И лишь тогда вспомнил: ошейник! Моя энергия подавляется этой штукой. Твою дивизию нахрен… Не успел это осмыслить, как в грудь врезалась зелёная светящаяся змея.

Я ахнул, отошёл назад, но на ногах устоял.

— О-хо-хо, Джонни, ты просто красавчик!

— Да, это был сильный удар! — похвалили его друзья.

— Ну как, Марк? Приятно? Надеюсь теперь, будешь вести себя покультурнее, — пафосно заявил этот хрен.

— Кхе-кхе, отсоси, — выдохнул, хватаясь за грудь.

Под ноги попали какие-то искры. Я дернулся и прыгнул с тропинки.

— Аха-ха, вижу, ты любишь потанцевать, Марк Лесовский! — заржал Гарри Поттер.

— Смотри, как бы мой член не станцевал в твоем рту! — воскликнул в ответ.

Присмотрел у обочины круглый камень. Поднял его и резко метнул в Джонни Проктора. Получилось вполне неплохо.

На форме очкарика появился отпечаток. Проктор поморщился от боли, отходя назад.

— Получил, козел?! Я и без магии тебя закопаю! — процедил я.

— Ах ты, грязный эрий! Проклятая псина! — взревел Проктор.

Он превосходил меня по всем фронтам, но все равно не мог добиться победы. Это жутко бесило. Джонни перестал играть в доброго мага, показав свою настоящую суть.

Лицо очкарика перекосилось. Он будто превратился в чудовище. Дальше парень зашептал что-то на непонятном языке и пустил из палочки зеленую линию, которая ярко пылала.

Я прыгнул, но уже не успел. Горячий поток врезался в тело. Ветки кустов порвали мне форму. Перевернулся через голову, и брякнулся куда-то за пределы живого забора.

— Господи, ты наверно его убил!

— Да, ты такой сильный, Джонни! — донеслось до моих ушей.

Затем были шаги, а после надо мной навис бледный хлебальник в очках.

— Ну что, ты усвоил урок? Или может… еще повторить? — поведя бровью, сказал Джонни Проктор.

Тут со мной случилось нечто особое. Несмотря на боль и приступы кашля, я стал громко смеяться. Смех лился из глотки большим водопадом. Я даже дышать не мог толком.

— Кхе-кха, охо-хо, аха-ха, ну ты даун! Ахахаха, азазаза, вот дебил! — вопил, чувствуя, что скоро подохну.

— Господи, мальчик спятил, — сказала Гала, взявшись за голову.

Проктор понял, что это не так. Прищурился, играя волшебной палочкой. Дальше крякнул, не зная как поступить, и сказал:

— Что смешного, Лесовский? Знай, я могу тебя здесь убить, и никто не узнает.

Да уж, вот он добрый мальчик, который всем помогает. Хотя, на это мне было плевать.

Вместо того чтоб ему отвечать, медленно поднялся на ноги. Посмотрел в глаза Проктору и отряхнул одежду. Лишь выдержав долгую паузу, стал не спеша говорить.

— Думаешь, ты крутой маг, все такое? Твоя сила, это просто говно. Если б не ошейник, что меня держит, я бы порвал тебя на куски.

— У тебя все, урод мелкий? Что ж, ты сам напросился! — зашипел чертов гад.

— Нет, он и правда, больной! Да будет тебе известно, что Джонни Проктор побеждает во всех магических турнирах! Так что радуйся, что он не бьет в полную силу! — закричал Рома.

— Спасибо, друг. А теперь я с ним как следует, разберусь, — бросил Проктор, готовясь меня добить.