Вернувшись в свой банк с обеда, я тут же написал заявление на увольнение по собственному желанию, причем попросил Павла Петровича уволить меня без двухнедельной отработки.

– Да ты что, Киря? – искренне недоумевал Петрович. – Обиделся на Тренделова?

– Нет, я…

– Да брось ты! – Павел Петрович по-дружески хлопнул меня по спине. – Я тебя только начал уважать как работника, у тебя только-только стало что-то получаться…

– Нет, – отрезал я. – Я должен уйти… И как можно быстрее.

Конечно, уйти быстрее у меня не получилось. Меня всё равно заставили отработать две недели. Всё это время Константин Иванов звонил мне и спрашивал, не передумал ли я. Разумеется, я отвечал, что нет, пользуясь случаем выливал по ведру грязи на свой банк, в котором меня «даже уволить не могут по-нормальному». С одной стороны, мне было приятно, что Константин проявляет интерес к моей персоне. «Значит, я им нужен!», – думал я. С другой, стороны, каждодневные звонки Иванова меня немного напрягали. Мне казалось, что Факторинг-банку так сильно нужны работники, что очень даже может быть, что я уволюсь из «Благополучия Урала», приду в банк «Уралфакторинг», а Константин мне скажет: «Извини, дорогой! Ты так долго увольнялся, что мы уже троих ребят приняли, а для тебя места уже нет».

К счастью, такого не произошло. Забрав трудовую книжку из Благополучия, я в тот же день пришёл в « Уралфакторинг» и написал заявление о приёме на работу. Кстати, свой приход в факторинг я предрекал ещё задолго до увольнения из «Благополучия Урала». Как-то раз, в обеденный перерыв мы сидели в кабинете и обсуждали с коллективом злободневную тему: когда нам будут поднимать зарплату? В это время зашёл в кабинет Павел Петрович. Услышав обрывки нашего разговора, он обронил: «Смотрите, чтобы вас не уволили!», и вышел из кабинета. Все замолчали, а я, пытаясь произвести впечатление на молоденьких девчонок из нашего отдела, сказал:

– Если честно, я увольнения не боюсь. Единственное, что вам скажу, уважаемые: мне будет неинтересно заниматься в другом банке тем же, чем я занимаюсь сейчас. Если уходить, то к чему-то новому. Я бы с удовольствием занялся бы факторингом… Это так сексуально звучит: фак-торинг!

– А что тут сексуального? – оживилась секс-символ нашего отдела – Таня Измайлова.

– Слово «факторинг» произошло от английского слова «fuck», которое означает «иметь половое сношение»! – я улыбнулся, довольный своей шуткой. А ещё есть не менее сексуальное слово «лизинг». Это когда что-то лижут. Я так полагаю, лизинг больше подходит девушкам. А я-то мужик, мне только факторинг подавай!

Все, кто тогда находились в кабинете, дружно засмеялись. Только Таня не смеялась. Щёчки её покрылись пунцовым румянцем, она метнула в меня карандаш и сказала:

– Когда же ты повзрослеешь, Кирилл? У тебя жена, двое детей…

– И ещё ипотека, – добавил я, что было чистой правдой.

Тот разговор уже на следующий день вылетел из моей головы. Вспомнил я о нём лишь тогда, когда писал заявление о приёме на работу в Факторинг-банке. Получается, что я сам себе приход в факторинг напророчил. Что это? Мистика? Совпадение?

– Жизнь покажет… – пробормотал я тогда себе под нос.

– Что? – спросил меня тогда Иванов, услышав мои слова.

– Да так, ничего, – ответил я.

А, начиная со следующего дня началось…

Мои мозги ещё никогда не подвергались такому насилию, даже когда я учился в Экономической Академии. Оказывается, факторинг регулируется не только главой 43 Гражданского кодекса, но и кучей всевозможных инструкций, распоряжений, которые я все должен был знать наизусть. Скажу честно, мне было очень тяжело на первых порах. Домой приползал, чувствуя себя выжатым лимоном, а ночью в голове крутились факторинговые продукты. Много раз задумывался, а не бросить ли всё к чёртовой матери? Зачем мне всё это? Я ведь могу найти что-нибудь проще…

Но внутренний голос мне твердил: «Назад пути нет! Тебя ведь ни в один другой банк не взяли… Даже не звонил никто! Ты хочешь вернуться я назад в «Благополучие Урала»? А хочешь вообще остаться без работы и опустить своё семейство в глубокую задницу? Нет? Поэтому закуси удила и работай! Назад и в стороны пока пути нет».

И я работал, постигал азы факторинга. Я даже домой брал инструкции и читал их на сон грядущий. Помогало. Со временем каша в моей голове стала превращаться в упорядоченную систему знаний и представлений о факторинге. И Константин мне помогал. Если бы не он, я бы не смог так быстро понять что к чему и начать работать без «косяков».

Я каждый день узнавал что-то новое о факторинге, привлекал клиентов. Я до сих пор благодарен Константину за то, что он обучал меня. Иначе я бы столько ошибок наделал! Коллектив мне особо не нравился, так как и парни, и девчонки держались сами по себе, особо друг с другом не контактировали. Потом я понял почему: все строчили друг на друга служебные записки начальству – директору банка «Уралфакторинг» Вяткиной Виктории Александровне, каждый норовил сделать себе карьеру, засыпав ближнего своего. Но это я понял позже, а тогда… Когда я начинал работать, мне было всё абсолютно по-барабану, меня всё устраивало. Мне нравилась моя работа и можно сказать, что я гордился тем, что работаю в центре города, тем, что мой начальник за недолгое время стал моим другом, а ведь у меня очень мало друзей, каждый из них – проверенный временем, все мои друзья – на вес золота.