«Училась Мария в средней школе №1. Да разве мог кто думать из её товарищей, что вскоре начнётся война? Школа не только привила любовь к труду, уважение к людям труда, но и воспитала в девушке твёрдую волевую натуру. Больше всего Мария любила свой родной край, свой родной город. И именно эта любовь позвала Марию в дни войны к борьбе.

Как чёрная туча, прилетела весть о том, что началась война. Это произошло накануне того, как для Марии и её ровесников прозвенел последний звонок и они получили аттестаты. Но не суждено было выпускникам сидеть в студенческих аудиториях, держать в руках микроскопы, медицинские скальпели: жизнь приказала взять в руки оружие. Ничто так не потрясло Марию, как весть о том, что фашисты вот-вот придут в её родной город. Всем своим сердцем она не хотела этого, но была бессильна перед натиском мыслей, которые словно тисками сжимали голову. Уже где-то на окраинах Новомосковска взрывались фашистские бомбы, слышался стон её родной земли. Глазам было больно от дыма пожаров. Мария вместе с другими комсомольцами должна была эвакуироваться, но «не успела». Пришла домой. Мать встретила её удивлённо и тревожно.

– Почему не поехала? – спрашивали её глаза. И Мария ответила, что не может оставить родной край, когда он в опасности. Мать поняла её, не укоряла, так как знала характер своей дочки – твёрдый и непоколебимый.

С первых дней оккупации город как бы прекратил своё существование. Неприветливо смотрели на улицу тёмными глазами окна домов. С первых же дней «новые хозяева» утвердили комендантский час, свои жестокие порядки. Жители города с тревогой читали приказы о казнях комсомольцев и коммунистов. Во дворе школы, в которой училась Мария, фашисты расстреливали тех, кто открыто выступал против фашистского режима. На улицах города ни души, не слышно голоса людей. Казалось, и природа вздрагивала испуганным криком перепёлок, тревожным шелестом деревьев, от ужасов, чинимых гитлеровцами. В эти дни Мария ходила грустная, исполненная ненавистью к оккупантам.

В городе осталась не только Мария Кобзарь, но и многие её товарищи: Никита Головко, Зинаида Белая, Екатерина Бутенко и другие. Однажды Мария встретилась с ними и узнала, что и они тоже хотят бороться против оккупантов. Никита Головко собрал вокруг себя друзей и решил бороться подпольно. Все хорошо понимали, что эта борьба требует смелости, мужества, а главное – твёрдой веры в победу. А верить в неё было нелегко, потому как каждый день фашистские громкоговорители трубили о своих победах на фронтах. Но Мария хорошо знала свою Родину свободной, цветущей и счастливой. И такой она хотела видеть её всегда. Именно за такую Родину – непобедимую и могущественную – она решила бороться. А поэтому, не мешкая, Мария Кобзарь решила стать подпольщицей в группе Никиты Головко…» [8].

«С первых дней оккупации, – пишет А. Б. Джусов в книге «История Новомосковска», – была создана новая власть – глава городской управы П. С. Кравченко, который был недолго, затем Немченко, секретарь И. К. Гаркушевский, затем Чеботарёв, деловод Т. Г. Соколова (Кравченко, Чеботарёв, Соколова до войны работали в артели «Єднання»), начальник полиции В. Ф. Ткаченко, а с февраля 1943 г. Богдан, старший следователь С. С. Криворучко, его помощник И. Ф. Шендерей (преподаватель истории в СШ №3, расстрелян в 1943 г. самими немцами по подозрению в сотрудничестве с ОУН), следователь А. Голуб, каратель гестапо И. Я. Прыщ-Бельмаза, полицаи П. Киян, Корнилов. Все они, за исключением Голуба, были местными жителями. Начальником городского отделения гестапо и комендантом города был обер-ефрейтор Вальтер. Начальником жандармерии лейтенант Дроер (его сменил фельдфебель Пипус). Биржей труда руководили также немцы Барыш и Вирт» [1].

Прежде чем подойти к вопросу создания в городе молодёжной подпольной организации, необходимо разобраться, какие ещё подпольные группы действовали в Новомосковске.

Примерно за месяц до оккупации города Днепропетровский обком КП(б)У утвердил подпольный городской комитет партии. Секретарём назначили Г. Ф. Павлова, заместителем секретаря – Н. П. Ерёменко, членами подпольного горкома партии – И. В. Кутового, А. К. Бута и М. А. Шеболдаса.

Это была первая группа подполья.

«29 июня 1941 года вышла Директива СНК СССР и ЦК ВКП(б), адресованная партийным и советским организациям прифронтовых областей, – пишет А. Б. Джусов в книге «История Новомосковска». – Несмотря на то, что Днепропетровская область ещё не была прифронтовой, эта директива была распространена и на её территории» [2].

Одним из требований этой директивы было создание в прифронтовых районах партизанских отрядов.

Таким образом, второй группой подполья следует считать Новомосковский партизанский отряд, о котором подробно писал в духе тогдашнего соцреализма И. Е. Ветров в своих повестях «Подвиг остаётся жить» (1966) и «В лесах под Новомосковском» (1968).

Третью группу подполья – подпольную комсомольскую организацию, пытался создать городской комитет комсомола.

«

Справка в Новомосковском ГК КП(б)У

Новомосковский горком ЛКСМУ в сентябре 1941 г. отобрал и оставил для работы в тылу врага комсомольцев:

1. Недодаева-Шуть Евгения Ивановна – 1914 г.;

2. Головко Никита Павлович – 1920 г., студ. Одес. политпросвет института;

3. Сорокопуд Галина Александр. – 1922 г., студ. педшколы;

4. Царенкова Ал-дра Павловна – 1922 г., студ. педшколы;

5. Булава Екатер. Трофим. – 1922 г., студ. педшколы;

6. Белая Зинаида Николай. – 1922 г., студ. пединститута;

7. Мирошник Евген. Иван. – 1924 г., учащ. СШ №4;

8. Бут Александр Кондрат. – 1918 г.;

9. Тонконог Леонид Сергей. – 1914 г., препод. истории СШ №4;

10. Кобзарь Мария Василь. – 1919 г., студ. педшколы;

11. Литвишков Владимир Иович – 1924 г., учащ. СШ №4.;

Примкнувшие к организации

12. Бондаренко Александр,

13. Лещенко Михаил,

14. Лещенко Тимофей,

Конец ознакомительного фрагмента.