Эрика вытащила из кармана телефон и посмотрела на темный дисплей.

– Да, действительно, – пробормотала она. – Извини.

– Что мне нравится в тебе, Эрика, так это твоя манера просить прощения. Сказав «извини», ты как будто перешагиваешь через свой проступок и считаешь разговор оконченным!

– Роберт, сейчас не время для нотаций. Произошло нечто серьезное. Я…

– Ты не пришла к ужину, не отвечала на звонки, бродишь где-то в темноте. Я обошел все магазины и таверны, потом колесил по округе…

– Да выслушай же меня! – потеряв терпение, закричала Эрика.

Роберт осекся на полуслове, с изумлением глядя на нее.

– Раньше ты никогда не повышала на меня голос, – сказал он после подчеркнуто долгой паузы.

– Раньше ты всегда меня слушал!

Только тут Роберт заметил, что Эрика выглядит не лучшим образом: на сбитых коленях и ладонях запеклась кровь, одежда испачкана, волосы растрепались, лицо искажено страхом.

– Что произошло? – изменившимся тоном спросил он. – На тебя напали? Тебе… причинили вред?

– Я кое-что узнала. Спешила, чтобы рассказать тебе и, наверное, упала.

– Что ты узнала?

Эрика посмотрела туда, где недавно стояла незнакомка. Наверняка она была где-то поблизости и сейчас слушала их разговор.

– Роберт, давай поговорим в машине.

– Но почему…

– Не спрашивай, просто сделай, как я прошу!

– Сначала не нужно обработать твои ссадины.

– Это подождет. Пойдем, ну пожалуйста!

В машине Эрика повернулась к мужу и, глядя ему в глаза, сказала:

– Пообещай, что отнесешься серьезно к моему рассказу.

– Милая, давай без театральности. – Роберт устало провел ладонями по лицу. – Если тебе есть что рассказать, просто сделай это. Постарайся быть краткой и по возможности неэмоциональной.

– Мы должны немедленно остановить работы и продать отель. Если, конечно, кто-то согласится его купить.

– Эрика, ты в своем уме?

– Двадцать лет назад здесь произошло преступление. Погибли люди, в том числе дети.

– Что с ними случилось?

– Их отравили. Послушай, это совершенно невероятная история…

По мере того, как Эрика рассказывала, на лице Роберта всё отчетливее проступало недоверие.

– И ты в это веришь? – наконец спросил он, не скрывая скепсиса.

– Конечно! Почему, как ты думаешь, первая бригада отказалась работать? Почему тебе с таким трудом удалось найти новых рабочих? Почему они не стали есть обед, который приготовил наш повар?

– Какой обед? О чем ты говоришь?

Эрика поняла, что проболталась, но это уже не имело значения.

– Они всё знали с самого начала! И кирие Заробалас знал, только ничего нам не сказал, чтобы не лишиться выгодного заказа. Местных жителей в своё время заставили молчать, и они по-прежнему боятся обсуждать случившееся. Не побоялась только та старая гречанка, которая продает варенье.

– Бредни выжившей из ума старухи! – фыркнул Роберт. – В жизни ничего глупее не слышал. Как ты можешь этому поверить? Отрава в воде, надо же! Это похлеще, чем высадка инопланетян на Трафальгарской площади.

– Тогда от чего умерли все эти люди?

– Во-первых, мы не знаем, сколько человек в действительности пострадало. Я допускаю, что несколько туристов могли наглотаться неочищенной или слишком хлорированной воды и умереть, не получив экстренной медицинской помощи. Возможно, среди них был ребенок. Такое может произойти в любом отеле, если нарушать правила эксплуатации и халатно относиться к обязанностям. Разумеется, народная молва увеличила количество жертв в несколько раз – на то она и молва. Сколько, ты говоришь, народу погибло в тот день? Восемьдесят человек? Милая, это просто смешно. О трагедии такого масштаба стало бы моментально известно. Я не помню ничего подобного – во всяком случае, в английских СМИ об этом не было ни слова.

– Ты находишь гибель людей смешной? – вскинулась Эрика.

– Я выразился фигурально. И имел в виду только то, что эта история не более чем выдумка.

– Но как тогда объяснить поведение рабочих? Они даже воду нашу не пьют – приносят с собой в бутылках! А сегодня треть сотрудников не явилась на инструктаж и заключение договора.

– Что? – Роберт резко повернулся к ней. – И я узнаю об этом вот так, между прочим?

– Менеджер из кадрового агентства обещала подобрать им замену. Но сейчас я думаю, что это даже к лучшему… нам все равно придется отказать тем, кто уже согласился.