Где ты?

Без тебя меня просто нет

Не горит в глазах жизни свет.

Ну где ты?

Напрасны слова, невозможны ответы...

Жизни поток...

Где ты?26

– Алка, а может, ну и его на фиг, Олега, а? Ну чего нам жить с оглядкой на него? Прятаться, что-то придумывать... Мы же взрослые люди и сами имеем право выбирать свою судьбу.

Она молча смотрела на него, и он произнес на одном дыхании, с невероятной силы экспрессией:

– Я искал тебя, я нашел тебя, я люблю тебя, я хочу тебя!!!

Жена сразу сообщила Ефиму, что познакомилась с Флорой и сказала, что девушка с характером, целеустремленная, сын намерен с ней встречаться, в перспективе они с Лорой намерены пожениться. Он решил, что все идет по плану: скоро Руслан женится, скандал остался в Лондоне и до России не докатился, а значит, все идет своим чередом.

И вдруг, как гром среди ясного неба, угрозы Пашки Голованова. Ефиму и в голову не пришло, что бывший приятель отомстил за дела давно минувших дней. Какая разница, какими мотивами руководствуется Павел?! Главное, что он намерен претворить свой план в жизнь, а Пашка из тех, кто выполняет свои обещания. Кое что о бывшем сокурснике Ефим знал, и эта информация его беспокоила.

Следовательно, на данный момент бывший приятель Павел Голованов представляет реальную угрозу для его, Ефима, репутации и устоявшегося образа жизни.

Накануне Женя дежурил, а сегодня имел право уйти с работы пораньше. Алла приехала в больницу к двенадцати, как они и договорились. Посидев какое-то время в ординаторской вместе с коллегами и посмешив их байками, доктор Ермаков оповестил, что пора разрабатывать Аллину руку, и увел её в процедурный кабинет.

Время они проводили невинно. Он снял повязку и заставлял её сгибать и разгибать руку, сжимать пальцами резиновый эспандер и изображать игру на пианино.

– Жека, какой же ты молоток, что не напрягаешь меня, требуя немедленно уйти от Олега, - не удержалась от признания расчувствовавшаяся Алла.

– А зачем мне тебя напрягать?
– рассмеялся любовник.
– Я и так знаю, что ты будешь со мной.

– Да?
– удивилась она.

– Однозначно, - уверенно произнес он.

– Почему ты в этом так уверен?
– спросила заинтригованная любовница.

– Потому что я тебя люблю и ты меня любишь.

С тех пор, как верная боевая подруга отвела её к психиатру, Лида регулярно посещала Лидию Петровну, благо свободного времени много. Ее обожженные ступни перебинтованы, а генеральному директору не пристало щеголять по офису в мужских тапочках - в обычную обувь ноги в бинтах не влезают. Большинство деловых вопросов улаживались по телефону, а документы ей привозили на дом брат или Владимир Емельянович Травников, коммерческий директор их фирмы.

Лиде нравилось общаться с психиатром. За всю свою жизнь она ни с кем не откровенничала, - не нашлось желающих выслушать, да и сама Лидия Шевцова с детства не любительница плакаться в жилетку, а теперь ей хотелось выговориться. Психиатр внимательно слушает всех своих пациентов - хоть час говори о себе и своих проблемах, хоть два, - не перебьет, мол, с вами все ясно, достаточно.

Недавно Лиде исполнилось сорок три года. И много, и мало. Смотря с каких позиций смотреть. В аспекте дальнейшей жизни - это немногим больше середины, а с точки зрения молодых - чуть ли не закат. Но во всяком случае, возраст, когда уже пора оглянуться на свое прошлое и осмыслить его - все ли было правильно, довольна ли своей жизнью.

На этот вопрос Лида не могла ответить однозначно. В целом за прошлую жизнь ей не стыдно. Как раз наоборот - есть чем гордиться: многого достигла. В неполные тридцать лет стала директором парфюмерной фабрики, потом, после всеобщего развала производства, восстанавливала её из руин и немало преуспела на этом поприще - и сама не бедствует, и коллектив регулярно получает зарплату. Это с социальных позиций.

Но во всем остальном... Да, тут полный провал. Муж - не просто чужой человек, а ненавистный. Враг, а не муж. Дочери пошли в отца и тоже будто чужие. Брат - недотепа, которого ей всю жизнь приходилось тащить на своем горбу, а как только она немного отпустила вожжи, - женился на пустоголовой Вике, у которой всего одна извилина, нацеленная на то, как бы получше устроиться, удачно выскочив замуж. Что Вика и проделала, окрутив Андрея. За эти три года истеричная супруга превратила его в неврастеника и алкоголика.

Сейчас он выгнал алчную жену и лечится у психиатра, вроде бы, намерен больше не брать в рот спиртного. Но что-то радости на его лице не видно, ходит, как в воду опущенный, о чем-то все время думает, но отмалчивается, отговариваясь ничего не значащими фразами. В её отсутствие нагрузка в фирме на него увеличилась, пока, вроде, справляется, но ни одного решения не может принять самостоятельно, по каждой ерунде звонит ей, и она не расстается с мобильником даже в туалете.

Раньше Лидия не задумывалась - для кого она старается? Есть конкретное дело, ежедневно возникают проблемы, требующие немедленного решения, и некогда было рассусоливать, кому все это нужно.

С детства Лида Шевцова не привыкла бездельничать. Их с Андреем ныне покойная мать получала мизерный оклад, работая учетчицей на фабрике, отец выпивал, шастал по бабам и почти не вносил лепту в семейный кошелек. Брат рос болезненным, любая детская инфекция протекала у него в тяжелой форме, а если грипп - то непременно с высокой температурой и осложнениями, потом пневмония или бронхит.

Их мать по характеру была очень тяжелым человеком, о детских годах Лиде даже вспоминать не хотелось. Зачем она вышла замуж за их отца, Анатолия Шевцова? А потом всю жизнь шпыняла его. Андрей - характером в отца, тот такой же рохля. Мать ненавидела обоих - и мужа, и сына, потому что тот напоминал ей благоверного. Но и с дочерью не могла найти общего языка и постоянно воевала с нею. Чего она от них хотела? Отыгрывалась за свой неудачный брак и неустроенную жизнь? Тогда зачем родила сына, раз муж для неё пустое место? Ведь уже было понятно, что он - пропойца и никчемный человек. Есть женщины, которые рожают "для себя", а потом всю любовь отдают ребенку. Но их мать ненавидела обоих своих детей. Замуж она вышла поздно ей было почти тридцать, первый раз родила в тридцать четыре, а Андрея - в сорок два года. Зачем сорокадвухлетней женщине второй ребенок, тем более, когда в семье достатка нет и не предвидится?