— Ладо не стерпел, врезал ей, и она утопла, — азартно продолжила верная боевая подруга. — Туда ей и дорога, то бишь на дно.

— Рите могла быть известна и его сокровенная тайна, которую она берегла до поры до времени.

— Тоже мне тайна, — фыркнула Алла. — То, что у него плохо стояло, явилось важной причиной, по которой наш роман был столь скоротечен.

— Но ты никому об этом раньше не говорила, да и его тоже не унизила, а Рита могла оскорбить Ладо, когда они стали любовниками.

— С нее станется и шантажировать его, мол, если ты меня бросишь, я поведаю в журналистском кругу, что у тебя сексуальные проблемы, да и вообще ты пшик, а не мужчина, — добавила Зина.

— У Ладо мог быть еще один мотив — намерение подставить Сергея, выдвинула новую версию Зоя. — Ведь на Владимира никто не подумает, а Сережа ее муж, и их супружеские отношения были далеко не безоблачны.

— Или комплекс причин: стремление избавиться от шантажистки, обида, оскорбленное самолюбие плюс желание свалить убийство на Сергея.

— Неужели наш Ладо такой подлый? — усомнилась Олеся, до сих пор остающаяся идеалисткой, не желавшей видеть чужих недостатков.

— Есть, есть в нем второе дно, — заверила Алла.

— Да и мне показалось, что он частенько напрягался, когда я затрагивала опасную тему, — подтвердила Тамара.

— Люлю, тебе известен еще кто-либо, люто ненавидевший Риту? — спросила верная боевая подруга.

— Все, — убежденно ответила сокурсница.

— Так не бывает, — усомнилась Алла.

— Ну, может быть, это слишком сильно сказано, но то, что все имевшие возможность общаться с Ритой относились к ней крайне неприязненно, а некоторые и в самом деле ненавидели, — бесспорный факт.

— Значит, подозреваемых море…

…Поначалу имидж «затворницы» был нужен только для раскрутки Астраловой, дабы подчеркнуть оригинальность будущей знаменитости, но Эдик с Яшей предполагали, что потом она будет вести образ жизни, положенный известной писательнице, — участвовать в светских мероприятиях, телевизионных передачах, встречах с журналистами, презентациях новых книг. Все это работает на популярность. Сколько можно эксплуатировать имидж «чудачки» и «оригиналки»! Все приедается, то, что было необычно пять лет назад, сейчас воспринимается уже без особого интереса, значит, нужно двигаться дальше. Застывать в стереотипном образе нельзя, все ушлые звезды время от времени капитально меняют имидж, чтобы привлечь к себе еще больше внимания. Слава изнашивается.

Но вышло так, что создатели «писательницы Астраловой» сами себя загнали в капкан — вначале уговорили ее не выходить из дому, а та со скуки налегала на спиртное, да к тому же стала требовать, чтобы ей приводили смазливых молодых людей для сексуальных утех.

Яков Борисович категорически отказался от роли сутенера, и эти функции пришлось взять на себя Даниилу. Веселое времяпрепровождение в обществе бутылки и резвых юношей так понравилось бывшей мадам Бобковой, что теперь она уже не рвалась на публику — развлечений ей хватало и в собственном жилище.

— Что делать, Эдик? — в отчаянии вопрошал Яша. — Ведь наша курица деградирует просто на глазах! Ты бы видел, что она творит!

— Не видел и не желаю, — брезгливо морщился издатель.

— Но мне-то приходится! Если я оставлю ее без присмотра, эта стерва так накуролесит! Совсем стыд потеряла! Шляется полуголая, а то и вовсе голая по квартире, с мальцами выделывает такие чудовищные вещи, у меня волосы дыбом, потом уснуть не могу без реланиума. Я уж и уговаривал, и корил, — и слушать не хочет. Орет: «Я Астралова! А ты кто такой?! Выгоню тебя к чертовой матери, и кому ты нужен?!»

— Может быть, пролечить ее? — предлагал Эдик. — Положить в клинику, пусть ею наркологи займутся, закодируют. Пить бросит и поприличнее станет.

— Да ее только гильотина вылечит!

— Ладно, Яша, что-нибудь придумаем. Наша курица и в самом деле уже выходит за рамки. Если так пойдет дальше — уберем ее. В перифразе Тараса Бульбы, мы ее породили, мы ее и убьем.

Открылась дверь, и вошла Ирина.

— Отлично, все в сборе! — порадовалась вновь пришедшая. — Алла, как я рада тебя видеть!

— Взаимно, — откликнулась верная боевая подруга. — Излагай, Ириш, что нарыла.

Сокурсница села на свободный стул, закурила и начала отчет:

— Рита Мартова подписывала свои статьи «Марго М.».

— Да, она так именовалась, — подтвердила Люлю. — Но это было настолько смешно, что я никогда ее так не называла. Риткина эрудиция — на уровне школьной программы, видимо, она позаимствовала псевдоним из романа Дюма «Королева Марго».

— Красиво себя обозвала эта серость, — с усмешкой отметила верная боевая подруга. — При определенном воображении можно додуматься даже до знаменитой своими подлыми деяниями Маргариты Медичи.