Первоначально Мойра означала просто «часть», затем – предназначенный человеку срок жизни, который связан со смертью так же естественно, как и рождение, и только потом Мойрой стали называть Участь, Удел, Долю. Поэтому вначале считалось, что Мойра есть у всех людей, и она только одна, впоследствии стали говорить о трех Мойрах, связанных с рождением, жизнью (периодом между рождением и смертью) и смертью человека.

Мойры – это бестелесные космические божества. Однако, чтобы общаться с людьми и богами, когда возникает такая необходимость, каждая из них выбрала для себя определенный облик.

Мойра Клото (Пряха), средняя дочь Ананке, выбравшая для себя облик нимфы – молодой красивой женщины, вытягивает нить жизни из Веретена до самого момента рождения бога или человека и потом прядет ее.

Старшая дочь Ананке Лахесис (Ткачиха, дающая жребий) выбрала облик высокой статной старухи. Она намечает Участь каждого человека и бога. Кроме того, у нее есть сверток с наиболее важными предопределениями Судьбы – особенными колечками, которые она нанизывает на нити судеб богов и людей. Некоторые говорят, что у старухи Лахесис в руках мерка и весы.

Третья Мойра Атропос (Неизбежная), выбрала для себя облик юной девушки в первом цвету. Есть у Атропы золотые весы для взвешивания жребиев, солнечные часы для точного определения момента смерти и адамантовые (алмазные) ножницы, с помощью которых она неумолимо перерезает нить жизни всякого существа, причастного смерти. Среди своих непреложных сестер эта юная дева самая непререкаемая и потому ее имя Неизбежная.

Космическая триада Мойр – девственница, нимфа и старуха олицетворяет священность числа «3», при этом Лахесис воспевает прошлое, Клото – настоящее, Атропос – будущее.

Непреложные Девы Судьбы, всех приводящие в трепет, всемогущи, они настолько же выше богов, насколько боги превосходят людей.

Песнопевец Гомер, осененный мудростью свыше, поет, что Мойра – это Доля, Судьба, это Участь и смерть человека и, что судьбы не избег ни один земнородный муж, ни отважный, ни робкий, как скоро на свет он родится. Пред Мойрой и сами боги трепещут.

Симонид так же говорит, что с Судьбой не воюют и боги.

Людям Мойры дали бренные тела и бессмертные души. Душа считается лучшей нетленной частью человека, тело же подчинено ему. Душа, жилица двух миров, заключена в тело лишь на короткое время, подобно страннику, пришедшему в чужую землю, и пользуется телом умеренно, и покидает эту обитель, едва лишь заслышит призыв.

Прокл поет, что души тварей всех неразумных лишь отлетят от тела и жизнь их покинет святая, душу никто их отнюдь не уводит в чертоги Аида, но летает на месте без всякого толку, доколе тело иное захватит ее с дуновеньями ветра. Но едва человек покинет свет Гелиоса, души бессмертные вниз Гермес низводит Килленский в недра земли огромные.

Олимпийским богам Мойры не дали душ, но у них есть, как у людей, сердца со всевозможными чувствами, и тела их бессмертны, почти не подвержены тлену.

У самих же Мойр нет ни душ, ни сердец, ни тел, ибо выбранные ими тела – одна видимая оболочка. Поэтому Мойры неумолимы, к ним бессмысленно обращаться с молитвами и приносить жертвы. Они знают и понимают все чувства других, но сами совершенно бесстрастны, бесчувственны, они не подвержены ни ненависти, ни любви, даже к справедливости они равнодушны и подчиняются только неизбежной Необходимости.

Одновременно с Ананке родилась Тюхе (Случай) – космическое божество, олицетворяющее случайность мира и делающая его не вполне предсказуемым и определенным. Вселенная подобна огромному раз и навсегда заведенному механизму, действующему по всеобщим незыблемым законам, который лишь иногда может давать сбой из-за Случая, и предвидеть его принципиально невозможно.

Некоторые образно говорят, что Ананка всегда мощно предшествует Тюхе, неся в правой руке балочные гвозди, клинья, скобы, а в левой – расплавленный свинец. Вместе с матерью идут ее вещие дочери со своими веретенами, весами, часами и ножницами. Случай же, щедрый на дары, но ненадежный, порхает им вслед, как мотылек, но изредка и вперед вырывается.

Смертные относились к Тюхе по-разному. Ее боготворили те, кому по жизни везло, и к ней страстно взывали те, чье положение становилось критическим и казалось совершенно безвыходным.

Квинт Гораций Флакк советовал друзьям, урвать хотя бы часок, пока благосклонен к ним случай. Упущенный же случай почти никогда не повторяется.

Орфики пели гимн Тюхе Великой, судьбами смертных безжалостно управляющей. Богиня Случая, словно шарами играя, одних осыпала милостью, ну, а иным возвещала о лихе… Тюхе многолика, в просторах бывает безмерных, ключ сохраняя от жизни, как тайну сей битвы. Дети земли под ее неустанным надзором битвы ведут, чтобы она улыбнулась победе, была справедлива, казня и даря при ответе, чтобы воитель не пал, заклейменный позором. Радость и богатство приносит везучим и беды другим, жалкую бедность и смерть, коли в гневе душа. Тюхе Великая суд вершит свой случайный.