Слишком велики были обиды и противоречия. Эти существа объединились, но ни на мгновение не забывали свои претензии.

Стас с отчаянием смотрел на происходящее и чувствовал себя так, будто у него под ногами открылся портал в саму бездну.

Все должно было идти не так! Почему все так плохо?!

Очевидно, требовалось сделать хоть что-то, пока контроль над ситуацией еще можно было вернуть.

Иногда Ордынцев ненавидел свою жизнь особенно сильно.

— Я виноват, — слова землянина заставили Девятихвостую вздрогнуть и снова посмотреть на него. — Да, я взял Минору в свой отряд и привел ее в армию. Она смогла обмануть многих людей, вас, меня, Кейташи. И нет, я себя не оправдываю. — Ордынцев отмел ее возможные слова взмахом руки.

— Тем не менее, вспомните, что это именно я разработал ту технику, из-за которой свою смерть нашли бесчисленное множество агентов хаоса среди всех нас!

— Тогда почему ты просмотрел ее? Почему не убил? — суровый голос Ямато прозвучал довольно неожиданно, но не сбил Стаса с мысли.

— Потому что с ней хаос поступил хитрее, — поморщился Ордынцев. — Он не пытался накачать ее энергией непостоянства. Он сознательно ломал и перекраивал ее разум, используя самый минимум хаоса, который, скорее всего, потом и вовсе развеялся. Это долгая и сложная процедура, но таких агентов отличить очень сложно. Она была одной из них, возможно, даже не догадываясь об этом. А теперь… — Стас глубоко вздохнул и уставился прямо в заполненные болью глаза Девятихвостой.

— Позволь мне попытаться спасти Теруко. Она не виновата в наших ошибках. Дай мне шанс. Я еще могу ей помочь.

По лицу Лисицы прошла судорога, когда она явно боролась сама с собой. Не доверяя своему голосу, она слабо кивнула, отходя и позволяя мужчине склониться над телом.

Тем не менее, она пристально наблюдала, готовая атаковать при малейшем подозрении. Остальные предводители немного расслабились, возвращаясь к отдаче приказов и слежению за ходом битвы.

Руки Ордынцева засветились зеленым, когда он принялся диагностировать состояние Черепахи.

И единственной хорошей новостью было то, что она еще каким-то образом не умерла. Да, ее сердце не билось, пульса не было, легкие не гоняли воздух, но в уцелевшей части мозга все еще теплилась какая-то активность, а клетки каким-то чудом пока что отказывались умирать.

На этом хорошие новости заканчивались. Как оказалось, удар Минору хоть и обошелся без влияния хаоса, но все же нанес и энергетический урон.

Больше же всего Ордынцева беспокоили повреждения мозга. Значительная часть затылка была безвозвратно уничтожена, теперь валяясь где-то на земле.

Последний раз, когда он лечил что-то подобное, отец Джишина схлопотал амнезию. И если верить словам Ио и последней проверке, улучшения почти не наступило.

Но так или иначе, надо было делать хоть что-то. Следовало как можно скорее восстановить целостность организма и восстановить работу основных «систем» вроде сердцебиения и дыхания.

Девятихвостая подозрительно прищурилась, видя начавшиеся вокруг человека завихрения природной энергии. Подобный поворот был поистине удивительным, но прямо сейчас Изанами могла это проигнорировать.

А вот начавшие восстанавливаться прямо на глазах внутренности, кости и кожа наконец-то наполнили ее сердце надеждой.

Очередная ударная волна сотрясла командный пункт, заставив Джишина невольно выругаться.

— Я в бой. — поджав ноги, безразлично бросил Ямато, после чего с немыслимой силой подпрыгнул вверх. Уже в воздухе он начал меняться, стремительно разрастаясь и обрастая чешуей.

В высшей точке своего прыжка в воздухе завис уже величественный дракон. Патриарх всего их рода. Сильнейший зверь, что видел восход и падение целых эпох. Его сила ничуть не уступала великим духам, а кое-где и вовсе их превосходила. Чтобы хотя бы сравниться с ним требовалось, порядка, семи высших воителей.

Взмахнув красными крыльями, он устремился в сторону буйствующего по центру дайдаработчи.

А за ним, казалось, шел сам огонь.

В то же время командная ставка стремительно пустела. Появление горных духов оборвало цепочку курьеров, поэтому связь с войсками, а конкретно с первой и частью второй линии была потеряна.

Вот почему командующие самураями первыми отправились на поле боя, чтобы восстановить хоть какой-то контроль над происходящим.

Старик оммёдо, закрыв глаза и погрузившись в мир духов, наносил удары по приближающимся хаоситам. Его свора духов, среди которых была и знакомая юки-онна, грызли дайдаработчи, замедляя их движения и ослабляя естественную броню.

— Она будет жить, — устало буркнул Стас, отстраняясь от тела своей пациентки. Все внешние и внутренние раны были залечены, от чего могло показаться, что угроза ее здоровью исчезла. Но проблема была в том, что энергетические раны уменьшились не сильно. — На вашем месте, я бы позаботился, чтобы ее отвезли от сюда подальше в безопасное место.

— Так и будет, Орек, Идзин, — повелительно бросила Изанами, смотря на выступивших вперед связных, а заодно и охрану. — Я поручаю вам позаботиться о госпоже Теруко. Отправьте ее в госпиталь и охраняйте. Отвечаете за нее своими жизнями.