Первейшая задача Триглавца -- выявление социально-опасных "личностей, чья норма агрессивного поведения превышает установленное число": делается это на основе того, как человек ведет себя в Пещере, попросту говоря -какие он видит сны. Выявленных... нет, не лечат, не ссылают на отдаленный остров, даже не лоботомируют -- их просто-напросто уничтожают, прямо в Пещере. Я не стану обсуждать саму эту замечаюльную идею -- карать за еще не совершенный проступок (вроде как отправлять на виселицу всякого, чья физиономия несет перечисленные Ломброзо "черты убийцы"): вряд ли стоит напоминать и о том, что подобная практика "ликвидации" без суда и следствия, лаже если речь и вправду идет о страшных преступниках, не может не вылиться в чудовищные злоупотребления (всякая власть разлагает, а абсолютная -разлагает абсолютно). Однако даже и без сознательных злоупотреблений -ошибки-то всегда возможны; а ну как что-нибудь напутают и шлепнут не того, кого следует? Исключено, авторитетно заверяют нас авторы: "Рабочая глава ошибается не так уж часто" (подразумевая, что та не ошибается вовсе); как же-с, помним -- "У нас зря не арестовывают; вы что же это -- нашим Органам не доверяете?" (Кстати, любопытно -- есть ли в этой замечательной стране нечто хотя б издаля смахивающее на Habeas Carpus?)

А потом -- слово за слово -- выясняется, что объектом "заботы" Службы психического контроля может стать отнюдь не только потенциальный Чикатило: "В Пещере можно дотянуться до всякого (с.316)" -- в том числе и до своих собственных сотрудников. Впрочем, не обязательно даже лезть в Пещеру: Триглавец может действовать и средь бела дня, вполне традиционными методами -- засунуть неугодного человека в психушку, сбить его на улице машиной... Итак, насилие из мира "Пещеры" отнюдь не исчезло: оно просто монополизировано вполне конкретной организацией (воистину, как говаривал Жванецкий: "Что охраняешь -- то и имеешь"). Как заявляет с простодушным цинизмом Тритан: "Триглавец действует в рамках закона, а если закон по какой-то причине тесен -- что ж, Триглавец его перекроит (с.244)". И возникает закономерный вопрос: если Триглавец осуществляет тотальный контроль над обществом, то кто же контролирует сам Триглавец?

Вы таки будете смеяться, но -- никто!.. Нет, я не в том смысле, что любые спецслужбы спокон веку стремились к бесконтрольности; я имею в виду -в нашем случае механизмов контроля над этой восхитительной организацией не предусмотрено даже теоретически. Над Полицией мысли все-таки стояла Внутренняя Партия, над НКВД -- лично товарищ Сталин; в нашем же случае Администратор (сиречь президент) умирает так же, как и любой его подданный: "Сон его был глубок, и смерть пришла естественно" -- какой уж тут контроль... То есть -- реальной властью в этой стране является тайная полиция, та самая, что ежедневно убивает по человеку, не утруждая себя доказательствами... Ах, да, виноват!
– - у них же есть "Кодекс Триглавца": "Любые страдания, умышленно или без умысла причиненные невинному человеку, подрывают основы Триглавца, etc (с.259)"; одним словом -- "Чистые руки, горячее сердце..." Ну, ежели Кодекс, тады, знамо дело, все путем... да и вообще -- лишь бы не было войны!

Краеугольный камень конструкции, созданной Дяченко -- "Мир Пещеры честен. Мир Пещеры не знает чувства вины, а потому настоящее, подлинное узнавание невозможно (с. 132)." "Танцуют все!" -- и пусть начальство в Пещере является саагами, но рано или поздно и одряхлевшего саага тоже загрызет стая наглых схрулей... И тут вдруг, где-то посередке книги, выясняется, что помимо зверей по этому "заповеднику первозданных инстинктов" бродят вооруженные егеря: эти-то сами ничем не рискуют, и лишь поддерживают порядок (то есть убивают тех, кого положено). Кто же эти самые счастливцы, избавленные от смерти в зубах хищников? Ну, натурально, сотрудники Триглавца -- тоже мне бином Ньютона. Вот, пожалуй, именно на этом невольном парафразе "Все звери равны, но некоторые равнее прочих" мир романа "Пещера" (и без того нс слишком убедительно выстроенный) просто рассыпается на куски.

Попутно выясняется что "анонимность" в Пещере -- такой же точно миф, как и "равенство пред смертью". Тритан "настоятельно рекомендуя" Ковичу отказаться от задуманного спектакля как бы невзначай сообщает режиссеру, что его сааг хранится в компьютере Триглавца под номером семь тысяч прим В одном из ключевых эпизодов происходящих в Пещере егерь-Тритан охраняет от хищников больную сарну -- свою пюоимую, Павлу. При этом как-то ускользает от внимания тот факт что наш chevalier sans peur el sans reproche в данном случае попросту использует свое служебное положение в личных целях; значит и такое возможно? А отсюда следующий вопрос, вполне уже риторических достоинств: ежели бы у них с Павлой родился ребенок -- позволил бы он, будучи егерем, какому нибудь схрулю сожрать этого детеныша? А ведь дети, любимые и друзья есть у всех сотрудников Триглавца. И не надо быть семи пядей во лбу чтобы понять: идеалисты (или фанатики идеи), не желающие во время дежурств в Пещеpe "порадеть родному человечку", естественным образом вымрут в первом же поколении и Триглавец автоматом переродится в банальную мафию, спаянную доступом к незаконным привилегиям.

Надо заметить что проверки не выдерживает и чисто внешний антураж мира "Пещеры". Сочетание сотовых телефонов и компьютеров с саблями (огнестрельное оружие пребывает там в зачаточном состоянии) вообще смотрится довольно дико -- но при этом Тритан еще и осведомлен, что такое "вакуумная бомба". Откуда? Ага -- существуют страны, где нет Пещеры, люди воюют, а военная техника развивается обычным образом... И при этом страна, где полицейский при виде убитого плачет навзрыд не стала жертвой завоевателей?
– - не верю, так не бывает А ежели даже те другие страны столь щепетильны (непонятно, правда, зачем им тогда оружие массового уничтожения) -- рядом достоверно существуют разбойничьи Горные княжества; эти-то куда смотрят?[ ]Кстати: а иностранные подданные обязаны лазить в Пещеру? Ведь ежели чужой посол помрет во сне -- это ж такой повод для войны, что лучше не выдумаешь; или дипломатов в Пещере специально охраняют егеря? А ежели какая барышня выходит замуж за "непещерного" иностранца и принимает его гражданство...
– - да нет это уж просто балаган.

Это -- что касается фантастической линии романа; с детективной линией дело обстоит не лучше. Суть ее сводится к тому, что "непутевая Павла Нимробец" -- тридцать три несчастья в дневной жизни -- взамен того немыслимо везуча в Пещере, в ипостаси сарны Триглавец начинает изучать феномен Павлиного везения (какова конечная цель этих исследований -- так и остается неясным); этими сверхзасекреченными работами руководит сокоординатор Познающей главы Тритан Тодин; по ходу исследований приключается любовь и даже свадьба. Параллельно за девушкой начинают охотиться некие зловещие "наследники Доброго Доктора", желающие выделить из тканей ее головного мозга некий химический фактор, ответственный за везучесть в Пещере и потом "юрговать готовым везением". Напуганный этими происками Триглавец принимает решение ликвидировать Павлу (помните -- "Сознательное причинение страданий невин ному человеку... "?), ибо означенный фактор явно угрожает взорвать ststus quo. Тритан посыпает на хрен служебный долг и присягу (или что у них там), спасает любимую, а сам при этом гибнет от рук коллег.

Павлу (находящуюся под опекой Триглавца) трижды пытаются похитить. Последнюю из этих попыток предотвращает лично Тритан. Красочное (на три страницы) опнсание драки в ночном саду, по ходу которой сокоординатор Познающен главы дает подчиненным команду "Не щадить!" и собственноручно замачивает двоих нападающих в хирургических масках. Очень романтично!
– если забыть о том, что эта попытка по хищения уже третья по счету; козе понятно, что в Конторе завелся предатель, причем где то на самом верху, и в этой ситуации профессионал находящийся при исполнении служебных обязанностеи обязан вывернуться наизнанку но брать этих ребят в хирургических масках живыми. (Помнится сотнею страниц раньше Тритан -- в ту пору агент-нелегал в одном из горных княжеств, лишенном благ Пещеры -- уже демонстрировал навыки рукопашного боя: четверо разбойников собирались порешить его самого и изнасиловать его двенадцатилетнюю спутницу -- ну и, ясное дело, огребли по полной программе. Там он однако никого не убивал -- ограничился тем что попереломал им вы ступающие части тела...) В предыдущий раз в руки Триглавца тоже попал лишь труп: похититель по ходу дела неосмотрительно заснул -- и до него "дотянулись через Пещеру". Местоположение же Павлы известно лишь Познающей главе, в чьем распоряжении она находится, ибо Тритан весьма предусмотрительно отодвинул от этих работ Охраняющую главу (контрразведку).