А еще более удивительным оказалось то, что запорожцы, беспощадно и непримиримо относящиеся к работорговле, совершенно не тронули десяток кочевий в Крыму – там не оказалось христианских невольников, хотя иной веры люди имелись. Причем, на положении чуть ли не членов рода, или, по меньшей мере, работников. Все эти татары – пара тысяч человек – также поспешили присягнуть новому «хану», и обещали преданно служить «людно, купно и оружно».

Вот этим присягнувшим ногайцам и татарам и передали часть женщин и детей, выкупленных у запорожцев, что взяли их своей добычей. Несколько десятков совсем маленьких татарчат забрал на собственный кошт сам Галицкий – идея создать собственный, своего рода янычарский корпус, показалась ему очень привлекательной.

Проводя зимой занятия с мальчишками, которые в его времени должны ходить если не в детский сад, то в первый класс, он уверился в ее правильности – они воспринимали и почитали его как отца. А потому надеялся, что новая партия «ясырей» скоро обрусеет, тем более в постоянном общении с точно такими же сиротами, но славянского происхождения. Под кадетский корпус он отвел бывший Княжий Двор, и постарался привлечь лучших учителей из тех, кто имелся – с кадрами дело было туго. Только лет через десять, никак не раньше, когда через школы пройдет значительная часть молодежи, ситуация станет благоприятной, а пока нужно исходить из существующего положения вещей.

«Война начнется следующим летом, османы взяли оперативную паузу, чтобы оценить степень угрозы, численность и вооружение противника. Провести десантную операцию им будет крайне сложно – тем более, в Крыму не осталось лояльного к ним населения среди «райя». Все в той или иной степени кровью «повязаны», столько запорожцы не перебили басурман, сколько бывшие невольники своих хозяев.

А вот значительная часть местных христиан сильно зашугана работорговцами. Воевать с османами они боятся, особенно греки. Готов едва пара тысяч осталась, в горах отсиделись в своих поселениях – татары не до всех добрались. Повезло!»

Освобожденных от рабства людей набиралось примерно до двухсот тысяч, да еще тысяч сто местных христиан. Было также много «новообращеных мусульман» – кто ислам принял или добровольно, но в большей массе по принуждению, а также тех, чьи отцы были еще христианами, и раньше говорили на готском или греческом языках.

То есть не стойкие в вере люди, не фанатично настроенные – а таких со временем можно вернуть в лоно церкви, благо на полуострове религиозных оппонентов не осталось. Недаром митрополит Мефодий отбыл в Крым со священниками и теперь всячески «окормлял» свою прежнюю паству, причем при полной поддержке государства.

По договоренности с визирем, Юрий выпустил из Крыма беспрепятственно всех турок и татар, что засели в горных цитаделях и прибрежных крепостях. Вряд ли их оборона затянулась надолго – не имея больших запасов продовольствия, гарнизоны неизбежно погибли, находясь в кольце окружения враждебного к ним населения. А так все получили «путевку» в Очаков или Константинополь, да и вывезли таких счастливцев немного – казаки прошлись по земле древней Тавриды «косой смерти».

Захвачено множества имущества в совершенной исправности, и самое нужное – небольшие запасы пороха и свинца. Впрочем, последнего металла в Крыму оказалось достаточно, собрали все что можно, прибегнув к реквизициям – на несколько лет непрерывной войны хватит.

– Зато вся Порта чумазой ходить будет, – Юрий хмыкнул – главным экспортным товаром, если так можно сказать, сейчас являлись моющие и отбеливающие глины, месторождения которых встречались на северных склонах гор. А вот соль из Сиваша шла исключительно на север – крымские ханы имели неплохой «навар» на ее продаже в Украину.

– Я у них весь бизнес «отжал», а такое не простят. Ну и пусть, зато теперь есть время для подготовки к войне!

Христианское население Крыма поставили под «ружье», причем буквально. Все жители теперь прекрасно понимали, что пощады никому не будет – турки уничтожат всех, ибо считают христиан мятежниками. В мастерских спешно переделывали немногие трофейные мушкеты, в Керчи с осени прошлого года наладили производство гладкоствольных фузей и пистолей, благо железная руда под ногами в гигантских количествах, а кокс поступает из Донбасса бесперебойно.

И собирали там нефть уже целый год, что выступала на северном побережье из земли – по пять-семь бочек в месяц выступало. А в сочетании с мылом, селитрой и прочими ингредиентами выходил аналог напалма или «греческого огня» – при всей нелюбви к истории, Юрий в свое время прочитал книжку о «ноу-хау» воителей с древнейших времен. Вот и запомнил рецептуру всяких «адских зелий», благо на память не жаловался.

«Шести месяцев должно хватить, чтобы создать регулярную армию из восьми призванных возрастов, а других христиан готовить поочередно, по мере поступления ружей. Благо есть, кому их готовить – урядники и приказные дело знают люто, а за успехи новые чины получат!

Вот только хватит ли тридцати тысяч новых стрельцов, чтобы парировать угрозу высадки десанта?

«Единорогов» не достает хронически, хотя льют их беспрерывно из трофейного металлолома, который нельзя использовать. Зачем напрасно порох нам тратить?! Московский заказ выполнили, так что сотню орудий могут успеть сделать к лету. Расчеты тоже подготовить успеем, благо есть резерв кадров. Одна беда – имелся бы нормальный флот – то можно было начхать на все угрозы десанта. Полсотни миноносок и боевые пловцы урон врагу, конечно, нанесут. Венецианцы пиратствовать снова начнут – но только высадку по-настоящему крупного десанта они не отразят.